Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
разогнать по домам, ясно?
— Так точно, сэр, — без колебаний вытягивается Свеннерсон.
Я выхожу из палатки и встречаю возмущенный ропот – мои слова слышали все.
— Расходитесь!
— Как же так?!
— Да кто ты такой?
— А что, Ориме больше не нужны добровольцы?
— Дан! Это Дан Райт! – слышу я из толпы смутно знакомый голос.
Ко мне, расталкивая остальных, пробирается крепкий светловолосый парень, открытое смешливое лицо которого мне знакомо.
— Ленокс Броквуд, — вспоминаю я имя главаря оримских кадетов, — рад тебя видеть!
— А уж я как рад, — оглядываясь на настороженно притихших добровольцев, хмуро срезает парнишка, — что нам делать-то?
Несколько десятков глаз смотрят на меня с надеждой. Эти люди пришли сюда, готовые пойти в бой, на смерть против страшного врага ради безопасности всего мира, это заслуживает уважения.
— Друзья, как начальник штаба 21 воздушно-десантной дивизии, я обещаю вам, что набор рекрутов в ближайшее время возобновится. Мы решим организационные вопросы и снова установим вербовочные пункты. Благодарю за вашу храбрость и самоотречение. Вы уже герои.
— А что нам делать сейчас?
— Расходитесь по домам. И не бойтесь, в этой войне никто не останется в стороне. Вы еще успеете навоеваться. А ты, Нокс, иди за мной.
До шаттла у меня остается минут двадцать, поэтому мы с Броквудом быстрым шагом спешим в здание аэровокзала.
— Как ты тут оказался? – спрашиваю я Ленокса. Мы оставили его с товарищами прикрывать нашу атаку на «колосс», и я так и не узнал, что стало с кадетами, совершившими подвиг и давшими отряду время, чтобы поднять «Феникс» в воздух.
— Что с остальными?
— Пит погиб, Лаки и Тони тоже. Остальные выжили, кто где… я вот тут.
— Погоди, — остановившись, я сжимаю его плечо, — ты же окончил кадетский корпус. Как ты оказался на вербовочном пункте? У тебя уже должен быть идентификационный военный номер.
Парнишка смотрит волком.
— У меня его отобрали, — резко бросает он, — когда выписали из госпиталя.
Он поднимает правую руку, и я вижу изувеченную выстрелом кисть – из всех пальцев остались большой и указательный, запястье покрыто грубыми шрамами. Мальчишке уже никогда не исполнить свою мечту – летать с такой рукой он не сможет.
— Парни говорили, доктор Свеннерсон даже не смотрит, всех отправляет на фронт. Вот я и подался сюда после госпиталя, — вздохнул парнишка, — и зачем ты появился? Я же мог попасть на войну!
Я быстро соображаю, чем могу помочь парнишке. Светлые головы в окружении не помешают, к тому же Ленокс до безобразия похож на тебя в его годы. Такой же храбрый, дерзкий и острый на язык. Такой все равно не будет сидеть в тылу.
— Покажи-ка, — я беру его за руку и оглядываю кисть, — приноровился уже? Сожми мою руку. Крепче! Стрелять сможешь?
— Еще бы, — с бешеной надеждой кивает он, — начал разрабатывать, когда еще бинты не сняли. Собрать-разобрать винтовку могу меньше, чем за минуту, а стрелять вообще с двух руку умею. Я тебе покажу!
— Пойдешь ко мне, — решаюсь я, — у тебя пять минут, чтобы позвонить близким. Больше дать не могу, извини.
От восторга открыв рот, парнишка качает головой.
— Мне и не надо. Дома были готовы, что я не вернусь, у меня и вещи тут, сейчас принесу.
Решительный парень!
— Тогда бегом за вещами, через десять минут встречаемся на летном поле. Документы у тебя с собой?
— А как же! Я сейчас, одну минуту, сэр! – заорал Броквуд и ринулся в сторону вербовочного пункта.
Рума встречает нас неприветливо. В отличие от Севильи здесь прохладно и туманно, база 21 воздушно-десантной дивизии располагается в живописной долине между двух лесистых холмов. Воздух тут кристально чистый, сладковато-хвойный, сразу начинаешь дышать глубже, такой он вкусный свежий. Территория ярко освещена ксеноновыми прожекторами, нововведение, опробованное на базе Штормзвейга, перенесли и сюда. Командор как никто понимает, что мир с Семьей у нас только на бумагах.
Шаттл встречает незнакомый мне офицер в форме подполковника.
— Полковник Райт, сэр, — протягивает он мне руку, крепко жмет, — я — Бахмат, заместитель командира дивизии по управлению.
Ага, ясно. Это сейчас так замполит именуется. У нас же лояльность и терпимость в цвету.
Короткий ежик волос совершенно седой, лицо неожиданно молодое, но жесткое. Видимо, на непыльную должность продвинулся из боевых офицеров.
— Очень приятно, подполковник, — отвечаю я, отметив, что Бахмат не назвал своего имени. В дивизии не приветствуется панибратство? Или это только меня так встречают?
— Рады вас видеть, — сухо кивает замполит, — я покажу вам базу и познакомлю с офицерским составом. А это кто?
