Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
войны, как и погибший пилот.
Спенсер потрясенно моргает, похоже, эта мысль не приходила ему в голову.
— В любом случае, во время расследования держите язык за зубами. Понаблюдайте за подчиненными: пилотами, техниками – опасность может исходить от кого угодно.
От слов об опасности Спенсер напротив как будто успокаивается, серьезно кивает, сообразив, в чем задача.
— Могу я сообщить моим людям? Чтобы они тоже были внимательней? Или… — он понизил тон, — это сорвет всю конспирацию?
Мне приходится постараться, чтобы сдержать улыбку. Не хватает еще, чтобы все летное подразделение было втянуто в шпионские игры.
— Вы уверены, что сумеете удержать своих людей от необдуманных действий? Непонятное всегда вызывает волнения и повышенный уровень агрессии.
— Я понял, сэр. Накажите эту сучку!
— Свободны, майор Спенсер.
Утреннее совещание у Андерша начинается с опоздания самого комдива. Его отсутствие вызывает сдержанные шепотки и любопытные взгляды в мою сторону. Не думают ли они, что я убил их отца-командира за нанесенное мне оскорбление? Бред какой.
За окном сильный туман, из-за чего кажется, что позднее утро похоже на сумерки. Хочется горячего кофе, чтобы взбодриться и начать думать. Интересно, Торн знает про эпизод с авиадиспетчером? Или «шайка-лейка» прикрыла подружку начальника разведки даже от вездесущих безопасников?
Наконец появляются Андерш с Бахматом, лица у обоих озабоченные, но не настолько, чтобы подумать о плохом.
Совещание проходит мирно. Офицеры вяло обсуждают скудные разведданные. Генерал напоминает, что командование требует срочно нанести ответные удары по базам террористов. Я внимательно слушаю, не вмешиваясь. Разведка тут, прямо скажем, не на высоте, но в чужой монастырь со своим уставом не лезут. Приглядываюсь к Мэйси. Начальнику разведки хорошо за сорок. Невысокий, жилистый, взгляд – как дуло пистолета, холодный и ровный. Мое внимание замечает сразу, словно чувствует кожей, оборачивается и вопросительно поднимает брови. Я перевожу взгляд на голограмму. Андерш заводит разговор о Шурте и платформах несчастных шустов, но я уверен, что второй базы террористов в Акваториуме нет. Лефтхэндом управляет весьма хитроумная и непредсказуемая скотина, которая не попадется в одну ловушку дважды.
После завершения бесконечно нудного совещания, я возвращаюсь к себе в мечтах о завтраке. Но у дверей меня уже поджидает Николас Торн.
— Доброе утро, полковник, — церемонно отдает он честь и тут же, осклабившись, отмечает, — судя по вашему лицу, вы снова не рады меня видеть.
— По-правде, я собирался поесть, — признаюсь я, досадуя на себя за то, что в очередной раз дал волю эмоциям. Но едва вспомню, как этот тип запугивал Вики…
— В таком случае, предлагаю позавтракать у меня. Времени мало, будем совмещать приятное с полезным.
Подполковник контрразведки в отличие от меня имеет весьма ощутимые привилегии – в его распоряжении целый домик. Помещение, правда, небольшое и выглядит не слишком жилым, раньше тут, вероятно располагалось что-то вроде музея или просто склада всякого старья. Сейчас половина комнаты расчищена и превращена в подобие кабинета: шкаф, массивный стол со стоящим на нем детектором лжи, удобное кресло и кушетка. На кушетке неаккуратно валяются стопки копий личных дел, закрытый ноутбук и небольшой коммуникатор. Окна занавешены плотной черной тканью.
— Вы издеваетесь? Ваш суперметод – это полиграф? – я чувствую недоверие и где-то даже досаду. Преждевременную, скорее всего. Архангел кто угодно, но не дурак. Но… детектор лжи?
— Проходите, полковник, — со снисходительной улыбкой приглашает контрразведчик, — что будете пить: кофе, чай?
— Вы не ответили на мой вопрос.
— А разве он нуждается в ответе? Занимайте кресло, прошу вас.
Не понимая, к чему он клонит, я начинаю злиться, но все же устраиваюсь в кресле. Удобное, кстати, кресло, все время поднывающая после оримской операции спина приятно расслабилась. Будто с плеч сняли тяжелый груз.
Торн гостеприимно выставляет на край стола печенье, конфеты, какие-то сухарики, орехи, в углу на холодильнике весело шумит закипающий чайник. Я замечаю походную электрическую плитку.
— Вы всегда тут обедаете?
— Если вы о столовой, то да, я туда не хожу. Не хочется мозолить глаза военным, контрразведку тут не очень любят, — преспокойно поясняет он.
— Разведку, как выяснилось, тоже. У них тут в 21-й какой-то свой клуб по интересам, — непонятно с чего решаю я поделиться с врагом своими впечатлениями. Это уже весьма похоже на доверительный разговор.
Тонкая улыбка снова скользит по высокомерному лицу Торна.
—
