Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
И все-таки, кофе или чай? – уточняет он. – А может, чего-нибудь покрепче?
— С утра пьют только бездельники, а нам еще работать. Сделайте мне то же, что и себе.
Занесший руку с чайником над кружками Торн, поперхнувшись, кашляет и одновременно давит смех.
— Господи, Райт, вы что, думаете, я могу вас отравить? – он смахивает несуществующую слезу и все-таки справляется с кипятком.
— Простая вежливость, — невозмутимо отвечаю я, вот и мне удалось вывести его из равновесия.
Торн сыплет в кружки растворимый кофе, придвигает к столу стул и жестом приглашает к пиршеству. Я затрудняюсь определить, что сейчас беспокоит сильнее, любопытство или голод, голова занята одновременно десятком мыслей, это сбивает с толку.
— Можете вы обмануть полиграф, Райт? – вдруг любопытствует контрразведчик.
— Полагаю, как и вы, Торн, — без лишнего бахвальства констатирую общеизвестный факт.
— С легкостью?
— Возможно.
— Рискнете? – задает он провокационный вопрос, поднимаясь из-за стола.
Забирает пустые кружки, моет в раковине, пока я обдумываю ответ.
— Если это необходимо для демонстрации вашего метода.
— Нет, необходимости нет, — неожиданно отвечает он, — детектор лжи был первым способом определить чужеродную программу в подсознании испытуемого и начал использоваться задолго до того, как мир узнал о морфоидах. Разумеется, тестировались добровольцы, которых в гипноз вводили врачи, до сих пор не удалось найти ни одного испытуемого, ставшего жертвой наших врагов. Лефтхэнд не оставляет следов и закладывает программу саморазрушения.
— Хм, — скептически отвечаю я, пока Торн не сказал ничего обнадеживающего, — в таком случае «был ли мальчик?». Вернее, работает ли метод?
— Работает. Иначе я не привез бы сюда эту штуку и не сидел бы в этом сарае, штудируя личные дела военнослужащих.
— У вас уйдет на это половина жизни. В Оримской армии даже сейчас больше ста тысяч солдат, и это не считая армий союзников.
— Программа, которую «вживляет» противник, действует крайне агрессивно. Мы запросили у ваших данные вскрытия и тело Кеннета Смита, чтобы провести собственное исследование. И обнаружили в его черепушке нечто, похожее на рак. У бывшего советника имелась неизвестная медицине опухоль головного мозга.
— Вы считаете, это как-то связано?
— Связано, и не «как-то», а напрямую. Разрушительная программа со временем превращается в физический дефект. Томограф, энцефалограф и другие медицинские штуки могут определить факт гипнотического воздействия.
Все это похоже на какой-то дурной розыгрыш.
— Знаете, один мой друг владеет экстрасенсорным даром. Он достался ему от бабушки. Представляете, у него стопроцентное чутье на всяческое дерьмо. Может, мы его привлечем? Или научим собак по запаху определять загипнотизированных лефтхэндом?
— Иронизируете? А я ведь просто хотел произвести впечатление, — с усмешкой парирует Торн.
— Вы – не дама, у вас все равно нет шансов, подполковник. Не тяните ни мое время, ни свое.
Контрразведчик перестает улыбаться. Долго смотрит мне в глаза, словно пытается прочитать мысли.
— Вчера и сегодня до этой минуты, — медленно произносит он, — у меня было стойкое ощущение, как бы это сказать… какой-то подмены. Будто вы – вовсе не вы. Но последнюю минуту вы ведете себя очень по-райтовски.
Черт! Нужно быть осторожнее. Я становлюсь слишком сам собой. Это опасно.
Контрразведчик тянется за коммуникатором, лежащем на кушетке среди серых папок. Стандарный мини-компьютер, выпускаемый концерном «Редтехникс» для государственных служащих Империи. Торн запускает видео и отдает коммуникатор мне.
— Смотрите.
Заинтригованный, я беру коммуникатор и немею от бешенства – на экране Вики. А еще Таня, Анж, Жан на нашей кухне. Они о чем-то переговариваются. Татьяна накрывает на стол, Веньяр что-то рассказывает моей жене. Я даже знаю, куда контрразведка воткнула камеру наблюдения – в щиток вентиляции, но как «Зета» пропустила «глаз»?
От злости у меня леденеют руки.
— Что. Это. Значит?! Чтобы я знал, что отвечать, когда меня будут судить за ваше убийство!
Понимаю, что «ведусь», как кадет-первогодка, но этот гад достал меня своими фокусами.
— Это запись с камеры, которая уже уничтожена, — невозмутимо сообщает Торн, забирая у меня коммуникатор и что-то нажимая на панели, — спокойно, полковник, это нужно было для того, чтобы продемонстрировать метод. Видите, — он показывает на глазок камеры. На этих устройствах такие расположены с двух сторон, — вы смотрели на экран, а камера — на вас.
Злость утихает, хотя методы этого говнюка… под стать конторе, на которую
