Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
Глава 13
Март 977 года. Орима. Генштаб.
С тех пор, как Лина вошла в мой кабинет, она смотрит в окно. Собирается с духом или пытается побороть слезы? Скорее, второе. Духа ей не занимать.
— Привет, — наконец, она обращает на меня прямой взгляд.
— Здравствуй, — говорю я женщине, которую ты любил.
— У тебя тут прослушки точно нет?
— Обижаешь.
— Ладно, — она откашливается, аккуратно прижав пальцы со скромным маникюром ко рту, — я немного охрипла, весна нынче необычайно холодная.
— Ты плачешь. И весна тут ни при чем.
Дочь лидера Умано смотрит на меня в упор. Она, как всегда в последнее время – с того самого момента, когда вы встретились на Заккаре, выглядит вызывающе респектабельной. В сером брючном костюме с минимумом украшений и собранными в строгую прическу волосами. Именно такой должна быть женщина — лидер не только междумирья, но и всей коалиции Перекрестка. И никому не позволительно видеть ее плачущей.
Кроме тебя, пожалуй.
— Ты ошибаешься, — она переплетает пальцы, устраивая руки на столе перед собой, и я замечаю отсутствие помолвочного кольца.
— Хорошо, — киваю я. Мне трудно говорить с ней, потому что я невольно слишком многое о ней знаю. Видит бог, я не хотел быть этому свидетелем, но мне никто не давал выбора. Я знаю, как она смеется. Какие у нее нежные руки. Я видел ее голой.
Но эта красивая и сильная женщина нужна мне в качестве союзницы, и приходится смирить грызущее чувство вины за ваше не сложившееся счастье и начать соображать.
— Как отец?
— Виктория рассказала?
— Конечно. Думаю, ты не просто так поделилась с ней тем, о чем никто не знает.
Лина разглядывает меня с любопытством, заставляя нервничать. Слишком хорошо она тебя знает. Хуже, чем я, но лучше всех других.
— И ты снова ошибся, — снисходительно пожимает она плечами, — знаешь, просто иногда хочется поделиться с кем-то близким. Невыносимо носить все в себе. Но тебе ведь это незнакомо, да? – последние слова она произносит с укором.
— Все не можешь простить тот «побег»?
— Не знаю, — с прямотой признается она, — наверное, могу. И уже простила. Если бы ты был рядом, я позвонила бы тебе, а не Вики.
— А как же Ларри? Почему не ему?
— Потому что мы расстались, — равнодушно пожимает плечами Лина, — наши взгляды на отношения оказались различными.
Все ясно. Ларри сдрейфил. Обхаживал принцессу Штормзвейга, пока лидер был на троне, но как только запахло жареным, сбежал. Или сделал что-то, из-за чего Аделина сама его прогнала.
— Сочувствую.
— Да брось, — с усмешкой отвечает она, — ты! Вот кто поставил крест на моей личной жизни! Разве можно любить кого-то еще, когда ты носишься по мирам, спасая нас всех от огня лефтхэнда? Национальная оримская легенда. Я всегда в тебя верила.
— Мне сейчас полагается смутиться?
— А разве ты умеешь смущаться, полковник Райт? – в тон мне – словно мячик пинг-понга отбила.
Входит адъютант Рагварна с двумя чашечками кофе. Подозреваю, что командору не терпится узнать, зачем исполняющая обязанности лидера Штормзвейга и глава совета коалиции миров лично прилетела в Ориму и потребовала срочной встречи со мной. Отсутствие камер и жучков в моем кабинете, за которым бдительно следит спец «V4», сегодня, наверняка, убивает Рагварна, как ничто другое. Поэтому Тим бесконечно медленно выставляет с подноса чашки с блюдцами, сахарницу, маленькие ложечки.
Мы с Линой переглядываемся понимающе и молча дожидаемся, когда горе-шпион уберется. Во взгляде Тима, когда он выходит, такая укоризна, что мне делается неловко. Парнишку ждет разнос у не в меру любопытного начальства. Но вмешиваться в мои планы я не позволю даже командору.
— Я так понимаю, ты пришла ко мне не как к другу, а как к инспектору по безопасности?
— Да, — без обиняков подтверждает Лина, — но и как к другу тоже.
Я развожу руками, предлагая ей говорить. Лина думает пару секунд, расцепляет пальцы и поднимает взгляд больших красивых глаз.
— Мой отец долгое время вел дела с Семьей. Когда ты пришел и сказал, что боевики Семьи ненадежны и не защитят нас от суперморфоидов, я поверила тебе, но разубеждать отца было бесполезно. Он был уверен в господине Карраско.
— Да, я понимаю.
— Но потом были взрывы во дворце и «Грандкарине», и эта страшная бомбежка… Никакие морфоиды не помогли спасти наш народ. Отец ужасно переживал, а я все думала – что, если бы мы приняли помощь Империи? Твою помощь. Все могло быть иначе.
Правда в том, что и это решение не гарантировало Штормзвейгу стопроцентную защиту. Но я молчу, потому что без нее мне не справиться. Пусть Лина верит в тебя. Пусть любит тебя. И пусть ради этой любви сделает правильный выбор.
