Одна на двоих жизнь

командира дивизии остаетесь за главного. Завтра получите приказ.
Вот так провел допрос!
Сеанс связи заканчивается. Я засовываю руку в карман и закусываю губу – от диктофона остались одни обломки. Нет у меня ни записи допроса, ни письменных показаний Локриджа, ни самого Локриджа. Снова ни-че-го. Кроме информации в моей голове.
Глава 16
Замену Андершу назначают только через неделю. За это время мы успеваем зачистить еще несколько небольших баз лефтхэнда. Дивизия ликует, ничто так не поднимает боевой дух, как пусть маленькие, но победы.
— Берт осторожничал, пока сто раз информацию проверит, эти ублюдки уже снимутся с места и орудуют в другом городе, — поясняет замполит, смоля сигареты одну за другой. У меня, кстати, с той ночи ни разу не возникло желания покурить. Мистика какая-то. Или это ты, братишка? Защищаешь и оберегаешь зарвавшегося и повершившего в собственную неуязвимость старшего брата?
— А ты дерзкий парень, Райт!
— Другой бы не отбил Ориму, — встревает Нокс, грубо нарушая субординацию. Но никого это не беспокоит.
— Ты же тоже там был, Броквуд.
— Вот я и говорю, такие мы дерзкие парни!
— Оттаскать бы тебя за волосы, нахал, — смеется Рена Бойл, — да все никак толком не обрастешь.
Они снова меня провожают. Мэйси воспользовался случаем, чтобы объявить о свадьбе с Дакотой и пригласить нас всех на торжество, которое состоится в июне. Профессор Ольсен до сих пор работает с невестой разведчика, но, по его словам, жизни Дакоты уже ничего не угрожает. По крайней мере, не враждебная программа в ее голове.
— Не хочу пугать, — на прощанье Олег доверительно обнимает меня за шею, — но мне кажется, целью атаки на штаб был ты, а не Локридж.
— Или мы оба, — пожимаю я плечами. – Возможно, Локри был приманкой, чтобы угрохать нас одним ударом.
— Бог отвел, — с чувством кивает Бахмат, — будь осторожен, Райт.
— Постараюсь. Вы тут тоже берегите себя.
По прибытию в Ориму я узнаю, что получил генеральское звание и очередную награду. Церемония награждения проходит как по маслу: Рагварн горд, Брэниган бесится, Император отточенным движением прикалывает медаль героя – в последнее время делать это ему приходится часто.
Дома я снимаю медаль и отдаю Вики, она складывает наши с тобой награды в одну коробку. Перешивает погоны. И плачет.
Черт. Как же я не люблю ее слезы!
— Милая моя, — сжимаю ее тонкие запястья, прижимаю жену к себе, — родная, ну чего ты? Я же вернулся. Вон, с новой медалью даже.
— Мы по новостям смотрели, — всхлипывает она, — там сказали, что по штабу дивизии стреляли. По тебе стреляли! Как ты не понимаешь, я не смогу во второй раз…
Таня и Анж притихают, глядя на нас полными слез глазами.
— Я не умру, — обещаю я.
— Никогда? – умоляюще просит Вики.
— Никогда-никогда. Клянусь тебе.
Ви кивает, принимая мои слова на веру, а Жан осуждающе качает головой. Он-то понимает, что мы прем одни против всего мира.
Июнь 977 года. Заккар.
Сандра Дэй, девушка-хирург с Заккара, спасшая тебе жизнь прошлым летом, не радуется моему визиту.
— Привет, ты одна?
— Допустим, — Сандра встает в дверях, упирая руки в косяк, явно не намеренная меня впускать, — и что с того?
— Можем мы поговорить?
— Я-то думала, ты пришел вернуть должок, — ядовито говорит она.
— Разве я не вернул его тебе, целый месяц ухаживая за Мегой?
Сандра пытливо смотрит мне в лицо, будто поверить не может, как можно быть таким непонятливым и наглым.
— Ладно, черт с тобой, — отступает она в прихожую, освобождая мне проход. Закрывает дверь и уходит в кухню, — выпьешь чего-нибудь?
— Если можно, кофе.
— Каким ты был, таким и остался, — саркастически заявляет она.
Понимая, что приглашения не дождусь, вхожу сам. Сандра в потертых джинсах и любимой растянутой футболке шаманит над старенькой кофеваркой. Младшая сестра двух заккарийских мафиозных бонз. Винченцо Тахо один из серых кардиналов Заккара, Микеле – командор самой боеспособной частной армии этого проклятого мира. Странно, что они позволяют Сандре, на минуточку высококлассному доктору, жить в этом клоповнике. Впрочем, в каждой семье свои порядки.
— Так чего ты хочешь?
Она смотрит почти враждебно, но я, хоть убей, не понимаю, в чем дело. Вы расстались по-приятельски тепло.
— Санни! Что я сделал не так?
Тонкие брови на изящном аристократическом лице в изумлении ползут вверх:
— Ты что, думаешь, никто ничего не знает?
— О чем ты сейчас?
— О твоей гребанной вендетте! Ты объявил им войну, Зэйро спас тебя, я тебя спасла, они отпустили тебя к своим, а ты! – Сандра сжимает кулаки и поднимает руки так, что я сразу понимаю, предо