Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
и выбрался оттуда живым, известно о выступлении на совещании глав миров, про то, с каким упорством ты сопротивляешься сотрудничеству с расой морфоидов. Я только хочу знать, почему. Это личное или?…
— Это не только личное, — отвечаю я, — но доказательств у меня нет, одни догадки.
— Расскажи мне о своих догадках.
Я делаю вдох и выдох, успокаивая сердце, а потом делюсь своими наблюдениями и выводами, ничего от него не скрывая и не утаивая.
В резиденции Императора задерживаюсь до обеда. Я еще раз призываю полностью сократить контакты оримских военных и должностных лиц с представителями расы морфоидов и пропустить через полиграф и психологов всех, кто имеет доступ к ядерному и другому оружию. Меня обзывают параноиком, солдафоном, даже предателем, снова припоминают мне обстоятельства плена на Шурте. Это уже даже не смешно.
После обеда звонит Лина, а я так и не успел прочесть текст будущей конвенции. Приходится лететь в междумирье, читая в полете черновик закона, и до самой ночи спорить с ведущими экспертами о правах и свободах расы террористов и убийц.
Вернувшись под утро в Генштаб, застаю там безмятежно дрыхнущего Жано. Вот что меня восхищает в нем – Веньяр всегда спокойно спит. В любом месте, где лег, крепко, сладко и без кошмаров, как человек, душа и совесть которого кристально чисты.
— Доброе утро, — я прикрываю дверь и с облегчением падаю в кресло. Голова мучительно гудит от усталости.
— Какое нахер утро? Ночь за окном, — Жан широко зевает, вращая челюстью, — есть новости?
— Сначала кофе, потом новости, — рука сама тянется к виску, я прикрываю глаза, совершенно зря, потому что открыть их удается только титаническим усилием.
— Голова болит? – тут же делает стойку Веньяр.
— Нет, просто спать хочу, давно уже. Будь другом, принеси кофе из автомата.
— Айн момент, — вид у него даже не встревоженный – перепуганный. Беспокоится, старина, волнуется за меня. В штабе уже шутки ходят про меня и мою «военно-полевую жену».
Жан сбегал в холл и принес два стаканчика дымящегося напитка.
— Сделал по двойному, — он ставит стаканы на стол, двигает ко мне и дует на обожженные пальцы.
— Спасибо.
Какой же это невероятный кайф – сидеть вот так, смотреть на занимающийся рассвет и никуда не спешить. За окнами Генштаба медленно светлеет, а кофе кажется невыносимо вкусным.
— Расскажешь, куда вы все дружно сорвались и почему не взяли нас с Забиякой? – спрашивает неугомонный Веньяр.
Отвечать не хочется, но Жан изнывает от любопытства и беспокойства.
— Пытался убедить совет организовать тотальную проверку всех военных и обслуживающего персонала на предмет скрытого воздействия. Безопасники поддержали меня, но, сам понимаешь…
— Еще как понимаю, — вздыхает Жано.
— В итоге голоса совета разделились практически поровну, я язык стер доказывать, что это необходимо для их же безопасности.
— Ну, а втихую никак нельзя было эту тему провернуть?
— Втихую не получилось.
— Однажды тебя пристрелят, мой друг, из-за угла. Наймут снайпера, и словишь пулю в затылок, — пророчит Веньяр. Он не знает, что меня уже дважды пытались убить, и только счастливый случай спасал меня и тех, кто был со мной, от смерти. Я чуть не утянул за собой на тот свет сначала Бахмата, потом Лину…
— А у вас тут какие новости?
— В Ходхольме видели блудного суморфа, — сообщает Веньяр как ни в чем не бывало, — похоже, сбежала без взрывчатки. Нападала на людей, пила кровь. Отправил Забияку.
— Забияку? – удивляюсь я. — Почему не доложил?
Не то чтобы у Жана был выбор, кого отправить устранять суперморфоида, Албанец и Боцман были со мной в резиденции Императора. Там я их и оставил до окончания совета – во избежание. Но соваться на Ходхольм, где и без тварей неспокойно, да еще и отправлять туда Забияку – совершенно неразумно.
— Не стал тебя тревожить. Я же говорю, она не камикадзе, Скотти зачистит ее и вернется, — Жан, похоже, напрочь потерял чувство реальности, ковыряясь в своих бумажках.
— Давай отбой! – у меня вдруг появляется мысль. Мэри давно просит у меня суморфа. Хотя бы в виде трупа, но если Скотти еще не пристрелил эту тварь… есть шанс.
— С чего бы?
— Давай отбой, Жано! Надо взять ее живьем.
— За каким чертом?
— Откуда у Мэри будут результаты, если мы притаскиваем ей суморфов по кускам? Нам нужна живая особь.
Веньяр не спорит, надевает наушники и набирает Забияку
— Забияка, это база, ответь! Забияка, ответь базе! – молчание в эфире прогоняет остатки сна.
Черт! Говорил же ему не отправлять наших в другие миры!
— Кто его прикрывает?
— Из наших никто.
— Он там один?!
— Его должны прикрыть местные,
