Одна на двоих жизнь

— Это значит, что электрическая деятельность мозга падает почти до нуля.
Перевожу остекленевший взгляд на запись энцефалограммы и снова на себя, без малейших затруднений передвигающегося по полосе препятствий.
— Вот тут, — снова привлекает внимание мисс Гарден, — неожиданно появляются бета-волны и даже проскальзывают гамма-частоты. Что свидетельствует о повышенной активности лобных долей мозга испытуемого. Конечно, я рассказываю упрощенно, но смысл таков. Никогда прежде на энцефалограммах Райта не было гамма-волн.
Рэндел хватает чашку кофе и выливает себе в глотку целиком. Я напряженно вглядываюсь в мониторы, пытаясь понять, вспомнить, что со мной происходило в момент прохождения. Нечто подобное бывало в Нарланде, но тогда все было… иначе. А сейчас я точно ничего не помню с момента отключения. Ни одного проблеска воспоминания, ничегошеньки.
Чертовщина какая-то! Выходит, я – лунатик, псих, который ходит во сне и не помнит, что делал. Просто здорово! Теперь мне точно одна дорога – в клинику для душевнобольных. Неприятно засосало под ложечкой, пальцы стали холодными, я схватил чашку горячего кофе и сделал глоток. Горло обожгло, Энни не пожалела коньяка.
На записи я подошел к финишу полосы препятствий, последний бастион: макет дома, который надо взять штурмом. Мое лицо в этот миг пугает до глубины души: с горящими неистовой ненавистью глазами, выдвинутым подбородком и приподнятой в лютой злобе верхней губой. Бррр, это точно не я, вернее, не мое сознательное.
— Ну и зверюга ты, Райт, — разделяет мои мысли Рэндел, — свирепая, бездушная зверина!
— Эротические фантазии, говоришь? — усмехается мисс Гарден. Нехорошим холодком веет от ее слов.
— Ничего не помню, — оправдываюсь я, отхлебывая кофе.
— Верю, — соглашается Рэндел, — я видел тебя в действии. Ты хорошо действуешь, но это… «Ви» отдыхает.
Бэтти выключает мониторы. На миг мы оказываемся в полной темноте, я ничего не вижу, а слышу только стук собственного сердца. Потом вспыхивает яркий свет.
— Отвезти тебя? — участливо спрашивает маленький майор. Времена, когда я считал Рэндела врагом, давно забылись. Рагварн привлек к проекту «М» тех, кто имел отношение к моему пребыванию в Нарланде, майор занял почетную должность координатора проекта, а я, собственно, его практически единственного участника. Ну, кроме Веньяра и мисс Гарден, которой приходилось копаться в моих мозгах к нашему взаимному неудовольствию.
— Отвези. Танюшка обещала пирог с рыбой.
Рэндел щурится. Таня с ее ямочками на щеках и вкусной стряпней ему так нравится, что майор никогда не упускает возможности побывать у меня в гостях. Вот и сейчас напросился.
— Поехали, так и быть, — будто делая мне величайшее одолжение, выводит особист и первым покидает комнату.
Глава 2
Мобильник зазвонил, как всегда, не вовремя. Толкучка в метро, час пик, все торопятся домой, кто-то двинул мне локтем в бок.
— Слушаю.
— Дан, звонила Вики, она с детьми уже выехала. Мы с миссис Смит накрываем к шести, — тараторит Танюшка, — не опаздывай!
— Хорошо.
— А вот я еще хочу спросить…
— Таня, я занят, давай потом, — отключаю телефон и гляжу поверх голов.
Люди спешат, толкаются, от гомона, смеха, криков голова гудит, как улей. Наконец, заметив в толпе серую ветровку Жана и темно-синюю форму начальника станции и растолкав локтями медлительных, как черепахи, горожан, протискиваюсь к ним.
— С ума сошел?! — седенький коренастый начальник станции, подтянутый, похожий на отставного боцмана пышными усами и бородой, кипит от гнева. — Остановить движение! Такого не было за все тридцать лет, что я здесь служу! У меня образцовая станция, идеальная чистота и порядок…
— Срать мне на твою чистоту! — орет несдержанный Веньяр, нависая над старичком, — разлетится вдребезги твоя станция, понимаешь, дед?! Из-за тебя разлетится, козла старого!
Начальник станции багровеет, усы топорщатся, как у обозленного кота:
— А ну как ты сам мне бомбу подбросишь, а? Чем докажешь? Ты вот сейчас уйдешь, а меня на пенсию вышвырнут.
— Еби твою мать через колено! Перекрывай станцию, дед, пока не поздно! — Веньяр пыхтит и булькает, как кипящий чайник.
— Надо связаться с управлением, — бурчит противный старикашка, — кто знает, кто ты такой, капитан как там тебя…
— Я ж тебе показал удостоверение.
— Не знаю таких. “Ви» знаю, «Зет» знаю, а про «эМ» не слыхал.
Жан скрипит зубами так громко, словно перегрызает железную перекладину турникета.
— Жано, пошли, — вмешиваюсь я в спор, — а вы перекройте доступ на станцию и остановите движение. Под ответственность майора Рэндела, поняли?
Не