Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
прежде, чем в Ориме началась война.
— Айзек? Да, это я. Нет, приезжать пока не надо, я отлежусь пару дней. Сделай кое-что для меня. Нужно узнать, где сейчас дети лейтенанта Райта. Да знаю я, что сам он того… меня интересуют дети, максимально полная информация. Хорошо, жду.
Зэйро обессилено вытягивается под простыней и закрывает глаза, рука падает вдоль тела, но не отпускает трубку.
— Помочь тебе чем-нибудь? – неожиданно вырывается у меня. Ну не могу я преодолеть чувство благодарности и жалости даже к смертельному врагу. Вот такой дурак.
— Одеяло… очень холодно.
Надеюсь, Сандра не рассердится, что я без спроса взял ее одеяло, но, похоже, морфоиду оно сейчас нужнее. Только бы он не вырубился до звонка от неведомого Айзека. Надо поговорить с ним, не дать уплыть…
— Слушай, Зэйро, мисс Дэй рассказывала, что вы можете обходиться без крови. Ну, так, чтобы совсем. Правда это?
Морфоид долго молчит, потом произносит неохотно:
— Отчасти. Кровь очень хорошее топливо. Вот ты будешь ездить на дизельной бурде или на высокооктановом топливе, разницу почувствуешь?
— В Ориме был принят закон, что морфоиды могут легализоваться, если пройдут процедуру выжигания рогового слоя…
— Ну-ну, — усмехается Зэйро, — давайте, еще попутно заставим проходить процедуру кастрации, чтобы не дать размножаться. А что, для безопасности Империи любые меры адекватны и обоснованы.
Ненависть пополам с горечью – адская смесь.
— Нам ничего не стоит провести пару тройку умников при осмотре на аэровокзале. А вот отдать добровольно полжизни за гражданство твоей занюханной Оримы – это полный бред. Впрочем, ренегаты еще и не такое отжигают.
Ладно, не буду сейчас думать об этом. Завтра с тобой обмозгуем. Но сейчас у меня складывается впечатление, что картина вовсе не такая, как я себе представлял. И Зэйро… тоже не такой. Злобная, язвительная тварюга, но в чем-то он явно прав. Он родился в мире, где люди настроены изначально недружелюбно. Просто потому, что он чем-то отличается.
— Не питай иллюзий, Райт. Я болен, мне нужна кровь. Но я не наркоман, чтобы не быть в состоянии сдержать себя. Просто не расхаживай передо мной с открытой раной.
Зэйро не может отвернуться, спрятать от меня гримасу страдания, стиснутые челюсти. Сейчас ему ответят, и я вколю валиум, чтобы его усыпить. Надо было сделать это раньше, но мне нужно, нужно узнать о семье.
Телефон пищит, я дергаюсь, чтобы помочь ему скорее ответить, морфоид предостерегающе шипит, мол, убери руки. Я сам.
— Слушаю. Понял. До связи.
Трубка падает в складки одеяла, Зэйро бессильно прикрывает глаза.
— Девочка в Реконе, — шепчет он, — мальчик в госпитале святого Луки в Штормзвейге. Оба в порядке.
Я хватаю валиум и втыкаю иглу в канюлю системы. Хватит с него, пусть спит. Зэйро тяжело дышит, щеки ввалились, как у покойника. Как бы копыта не откинул, кровосос чертов, мне бы еще попытать его, похоже, парень просто кладезь информации. И друзья у него, гм, полезные.
Я не колеблюсь, сдергивая полотенце с переставшей кровоточить раны. Протягиваю руку к кровати. Морфоид не шевелится, лишь хищно раздувает ноздри. Тогда я беру его руку и сжимаю ладонь вокруг собственного запястья. Блин, больно, будто ошпарили кислотой, но почти сразу жжение утихает. Лицо Зэйро расслабляется, может мне показалось, но губы на миг дрогнули в благодарной улыбке. Ничего, много не заберет, через пару минут введу валиум. А пока, пока у меня есть время подумать о вечном.
Глава 30
Интересно, кто из нас вырубился раньше? Такое ощущение, что я.
Вернувшаяся наутро Сандра ругалась сквозь зубы, клятвенно обещая, что больше пальцем не пошевелит ради меня, если я сам такой идиот. Оправдаться было нечем, да и незачем, потому что мисс Дэй тут же забыла обо мне и, откинув одеяло, шлепнула на грудь спящего морфоида пакет с темно-красной жижей, видимо, донорской кровью.
— Венозная, мужская, высший класс, — громко сказала она, наблюдая за реакцией кровососа.
Ноздри Зэйро затрепетали, морфоид издал звук, похожий на громкое причмокивание. Наверное, ему очень хотелось крови. Даже немного… обидно, что ли…
— Дан, свари кофе, — тоном, не допускающим возражений, велела Сандра.
Покачиваясь от вполне объяснимой слабости, бреду в кухню. Возня с кофемолкой и кофеваркой умиротворяет. Запах свежемолотого кофе разливается по солнечному помещению, и, кажется, где-то рядом Танюшка, напевая, носится со своими нескончаемыми домашними делами, и от солнечных лучей ее пшеничные кудри светятся золотом. Хочу домой. Нет, не так. Осознание того, что дома в Ориме, скорее всего, больше нет и не будет, далось мне на удивление легко. Наверное,
