Дан Райт возвращается в строй, чтобы продолжить дело брата.
Авторы: Юлия Гай
— Не цепляйся к словам!
Я понимаю, что ты опять ничерта не собираешься мне говорить. Отшутишься или отмолчишься. Но я намерен взять тебя измором. Мне нужно понять, что ты собираешься предпринять и надеешься ли ты вообще справиться со всем этим дерьмом.
Раздается стук в дверь, Вики заглядывает осторожно, будто боится меня потревожить.
— Я принесла чистое полотенце и одежду. Это Корда, ладно? Тебе подойдет, у вас один размер.
— Спасибо, — я забираю стопку белья и ловлю взгляд твоей жены. Она всматривается в меня с невысказанным вопросом, и неожиданно я с невероятной четкостью понимаю, что тебе больно. Наверное, даже больнее, чем в капище, где тебя терзал Алвано.
— Все нормально, Ви?
Она вздрагивает, встряхивает головой и берет себя в руки.
— Да, конечно, почему ты спрашиваешь?
— Мне просто показалось, что ты хочешь о чем-то спросить.
Ты молчишь, и от этого легче. Если она сейчас задаст правильный вопрос, я признаюсь.
— Нет, — Вики смеется, неестественно, через силу, — ты мне все равно не расскажешь, что с тобой было там.
— Ты же знаешь, Ви, это не потому, что я не доверяю. Просто не хочу, чтобы ты обо всем этом думала.
— Да, я понимаю, Дан. Отдыхай, ладно?
— Ладно.
Вики разворачивается и уходит, но возле лестницы вдруг замирает и оборачивается:
— Господи, ну почему ты так похож на него?! Раньше я не замечала… чтобы так. А сейчас…
В один прыжок оказываюсь рядом с ней и сжимаю в объятьях. Худенькую, очень хрупкую, слабую женщину с железобетонной волей. Она ведь только со мной дает слабину, и то лишь потому, что мы с тобой похожи.
— Вики, слушай…
— Дан, не смей!
— Что? – она поднимает блестящие от не пролитых слез глаза.
Как назло, я теряю все мысли, все давно заготовленные слова, и молчу, как полный придурок. Момент упущен. Вики отстраняется и опускает лицо в ладони.
— Прости, Дан, я вечно все порчу. Сегодня такой счастливый день: ты вернулся, тебя отпустили домой, а я…
— Слушай, Ви, — я снова, как тогда, до того, как сдаться лефтхэнду, опускаюсь перед ней на колени. Так мне удобнее смотреть ей в лицо, — мы договорились, со мной ты можешь говорить когда и о чем угодно. Мы же договорились?
Она быстро, нервно кивает.
— Я не Корд, но мы семья, да?
— Конечно, семья.
— Тогда перестань извиняться. Ну, хочешь, я расскажу, как там было. Хочешь?
Вики мотает головой, цепляясь за мои плечи.
— Нет, ты прав, не нужно мне об этом знать. Главное, что ты с нами. Просто, когда я вижу тебя, мне кажется, что Корд рядом. У тебя его интонации, его взгляд. Я бы хотела, чтобы мои дети были так же сильно похожи на своего отца.
— Они будут, Ви, конечно, будут.
— Я боюсь, что больше не увижу тебя, Дан, — шепчет Вики, — началась война, и тебя снова призовут. И снова бросят в самое пекло, потому что ты Стальной Райт. История движется по спирали, кошмар движется по спирали. Я боюсь, что ты не вернешься, и я больше никогда не увижу тебя…
— Я вернусь, Ви! Я всегда возвращаюсь. Обещаю тебе, что обязательно вернусь. Договорились?
— Да, — с душевным стоном отвечает она, — договорились. Я больше не буду, Дан.
— Лучше будь. С кем тебе еще поговорить, если не со мной, правда?
Вики гладит меня по волосам, и по телу будто бегут теплые струйки воды, в груди тесно, и трудно, больно дышать. Хочется уткнуться лицом в ее колени или лечь у ног, как верный пес.
Ты молчишь. Какого черта ты молчишь, Корд?
В ванной я долго ищу бритвенный станок. Нахожу на верхней полке, в стаканчике – твой. В зеркале я вижу твое лицо, ну, почти твое. Пластиковая мыльница трещит в кулаке.
— Почему, брат? Почему ты не хочешь рассказать ей?
— Как ты себе это представляешь, Дан?
— Не знаю, но, Корд, ты открылся Зэйро, Смиту, Рагварну! Вики чувствует, что ты рядом, а ты запрещаешь мне сказать ей правду.
— Дан!
— Ну, что? Объясни мне!
— А что я пытаюсь сделать? Если ты прекратишь беситься и немного подумаешь, то все поймешь. Я признался Смиту, чтобы спасти тебе жизнь и глаз, Зэйро нас раскусил, а Рагварну пришлось рассказать, чтобы получить возможность хоть что-то делать. Но Вики знать незачем. Это сломает ее жизнь. Прошу тебя, не надо, не говори ей обо мне.
Рукоять станка гнется в руках. Надо скорее добриваться, пока я сдуру не раскурочил Ви всю ванную.
— Она сама обо всем догадалась.
Твоя одежда действительно подходит мне. Поношенные мягкие джинсы и футболка с эмблемой оримской футбольной команды.
— Пусть лучше догадывается. А ты – не говори.
Тщательно отмываю станок, ставлю в стаканчик и собираю обломки мыльницы. Я уступаю, хоть и не согласен. Но раз ты просишь, кто я такой, чтобы ломать
