Что делать настоящей леди, которую престарелый муж попросил… найти любовника, чтобы произвести на свет наследника фамильного титула? Только — исполнить эту странную просьбу! Однако единственная ночь безумной страсти, о которой всеми силами стремится забыть прекрасная Серина, герцогиня Уоррингтон, — всего лишь начало пылкой любви для мужественного и отважного Люсьена Клейборна, маркиза Дейнриджа. Встретив женщину своей судьбы, он намерен любой ценой удержать ее.
Авторы: Брэдли Шелли, Блэк Шайла
приемов, и ее отказ вызвал бы подозрения.
— Конечно, — ответила она, — скажи Кэффи, когда он состоится.
— Непременно. Кстати, — он помедлил, — сегодня я беседовал с Кэффи…
— Да? — испуганно воскликнула Серина. Она почувствовала, что от страха быть разоблаченной ее начинает тошнить.
— Оказывается, ты навещала бабушку. Как она? Надеюсь, ее самочувствие в порядке?
— О да. Она совершенно здорова, — рассеянно ответила Серина, бесцельно ковыряя вилкой кусок рыбы на тарелке.
— Рад слышать, — отозвался Сайрес, протягивая руку и поглаживая ее пальцы. — О, что это за ужасная царапина? — удивленно спросил он. — Из-за нее ты не надела обручальное кольцо?
Серина заколебалась. Ей представилась превосходная возможность рассказать Сайресу обо всем, что случилось прошлой ночью, но было так стыдно, что она не нашла в себе сил признаться.
— Я пошла в Воксхолл с Мелани, — начала она, — и смотрела выступление танцовщицы на канате. Я так увлеклась, что не заметила, как ко мне подкрался вор и… Он забрал все мои деньги и драгоценности.
Сайрес замер, удивленно глядя на жену.
— Дорогая, он не ранил тебя? Как ты спаслась?
— Один… один незнакомый джентльмен защитил меня. Вор не причинил мне никакого вреда.
— Кто этот джентльмен? Я хочу лично поблагодарить его за проявленную отвагу.
Одно слово, простое признание, думала Серина, и Сайрес узнает, что через девять месяцев у него может родиться наследник. Но она боялась, что, услышав, как она провела ночь, он станет относиться к ней с презрением. Возможно, даже упрекнет ее за то, что она повела себя в точности как мать.
— Я… я не знаю, — снова солгала она. — Все произошло так быстро… А потом начался дождь, и я потеряла своего спасителя из виду. Я даже не успела спросить его имени.
Сайрес заботливо обнял жену.
— Неудивительно, что ты вся дрожишь. Тебе нужно немедленно пойти к себе и отдохнуть.
Серина кивнула и поднялась. Чувство вины душило ее, словно тугая петля.
— Думаю, так будет лучше.
— Да, а почему ты не разбудила меня, когда вернулась домой вчера ночью? — вдруг спросил Сайрес.
— Ты же знаешь, я не люблю тебя беспокоить, — ответила Серина, изображая на лице подобие улыбки. — Кроме того, все прошло, и я уверена, что нападение больше не повторится.
Хмурое лицо Сайреса свидетельствовало о том, что ее ответ не показался ему удовлетворительным. Но он лишь похлопал ее по руке и сказал:
— Добрых сновидений.
Серина вышла из столовой, думая, сумеет ли она когда-нибудь набраться мужества и сообщить мужу, что выполнила его просьбу.
— Клейборн, я начинаю сомневаться в том, что ты поклялся больше никогда не жениться, — произнес Найлз, прерывая размышления Люсьена. — Ты только и делаешь, что везде ищешь эту особу. Подумай, она знает, где ты живешь. Наверняка уже выяснила твое имя. И если бы ей было нужно, она давно бы нашла тебя сама.
Люсьен ничего не сказал, но слова друга точно совпадали с его собственными мыслями. Однако он не желал сдаваться. Воспоминания об этой женщине буквально преследовали его. Он часто ловил себя на том, что мечтает о ней, как впервые влюбившийся подросток. Она являлась ему во сне, вторгаясь в мрачные видения, в которых до того безраздельно господствовала Челси. Но где, черт побери, она была?
— Ты понятия не имеешь, кто эта женщина, — не унимался Найлз.
— Это так, — спокойно подтвердил Люсьен.
Еще несколько недель назад он справлялся о таинственной незнакомке у своей тетушки Элизабет, которая, как он считал, знала всех дам высшего света. Но, увы, тетя Элизабет понятия не имела, кто эта белокурая девственница из Воксхолла.
Временами Люсьену начинало казаться, что та ночь была лишь плодом его отуманенного алкоголем воображения, но носовой платок и запачканные кровью простыни возвращали его к реальности.
— Три недели — это большой срок, — занудствовал Найлз. — Мне давно пора заняться своими собственными делами.
— Ну и займись, — сказал Люсьен, пожимая плечами.
— И позволить тебе похоронить себя заживо в этом доме? Невозможно!
— А что у тебя за дела? — с неожиданным любопытством поинтересовался Люсьен. — Новая любовница?
— Ты говоришь в точности как мой отец. Еще немного, и ты посоветуешь мне найти невесту.
— Нет, только не я, — сказал Люсьен. — Я слишком хорошо знаю, что такое брачные узы.
Генри удрученно вздохнул:
— Не все женщины похожи на Равенну.
Люсьен оторвался от созерцания лондонских улиц и посмотрел в глаза другу.
— Не
