Софи переживает нелегкое время. Она только что похоронила свою мать, а тут является незнакомец и уговаривает ее поехать с ним на Крит. Там его ждет маленькая больная дочь, спасти которую может только Софи.
Авторы: Уэст Энни
искушению, которое у него вызвала эта женщина, двоюродная сестра Фотини. Она зажигала его кровь, уничтожала его логику и самообладание.
Настолько разные две девушки… Но вдруг между ними было и сходство?
От этой возможности его затошнило.
—Что, если ты ошибаешься, Софи? — Он заставил себя произнести эти слова, чувствуя себя плохо оттого, что ему приходится спросить об этом. — Что, если ты и вправду беременна? Ты ожидаешь, что я заплачу за аборт?
Час назад Софи думала, что может выдержать правду. Она и выдержала. Только это было пыткой. Слушать мужчину, которого она любит… Слушать, как мужчина, которого она любит, ранит ей сердце своим очевидным презрением…
Что еще ему от нее было нужно?
Он овладел ее телом. Он внушил ей доверие, любовь, надежды и грезы, а потом растоптал все. О, это произошло не по его вине. Костас предупредил ее, был с ней абсолютно честен. Он ясно дал ей понять, что не желает, чтобы у них возникли глубокие отношения…
Увы… Она полюбила его сердцем и душой, а не только телом. И она надеялась… Что ж, она заблуждалась. Он просто не любил ее.
Софи решила, что не покажет ему, как ей больно. Она уедет, и поскорее, сохранив чувство собственного достоинства, если это еще возможно. Она расстанется с Костасом, надеясь, что время сможет исцелить ее разбитое сердце.
Увидев его снова, она постаралась скрыть свои чувства. Но теперь он превратился в мстительного незнакомца, и она думала, что не сможет долго притворяться равнодушной.
—Ответь мне, Софи! Ты пришла бы ко мне и попросила заплатить за аборт?
—Этот вопрос не заслуживает ответа.
Она упрямо глядела в окно.
Большая рука схватила ее за локоть. Костас так резко заставил Софи повернуться, что она чуть не упала. Но он поддержал ее другой рукой. От его прикосновений Софи охватила дрожь, напоминая о тех недавних нескольких часах, когда он нежно ласкал ее.
И она возненавидела собственную слабость, которую проявила из-за этих воспоминаний. Его глаза горели гневом.
—Ответь мне!
Гнев этого мужчины поддерживал ее храбрость. Как он смеет так с ней разговаривать?!
—А какая часть этого сценария беспокоила бы вас больше всего, Kyrie Palamidis? Сам аборт или то, что я попросила бы вас заплатить по счету?
Он встряхнул ее.
—Ты не избавишься от моего ребенка, как от очередной жизненной помехи! — прошипел он.
—А ты перестанешь делать оскорбительные предположения в мой адрес! — тонким голосом крикнула Софи.
Она не сделала ничего плохого. Она не заслуживала его презрения!
—Я не беременна твоим драгоценным ребенком. И даже если бы была беременна, я бы не стала делать аборт. И самое главное — ты последний человек, от кого я приняла бы деньги!
Она попыталась вырваться.
—Хватит! Тебе станет плохо, если ты не успокоишься.
Он схватил ее за запястья.
—Пусти меня…
Она замолчала, когда он прижался губами к ее губам.
Он так грубо впился в ее рот, что Софи чуть не задохнулась. В его поцелуе не чувствовалось никакой нежности. На этот раз он заставлял ее подчиниться. После надежд и нежных грез, которые возникли у нее прошлой ночью, Софи чувствовала себя оскверненной. Вызванная разочарованием боль была такой острой, словно ее сердце обливалось кровью.
— Софи… Ты выводишь меня из себя. Я не могу поверить…
Он принялся покрывать страстными поцелуями ее подбородок и шею. К ужасу Софи, она почувствовала знакомое волнение. Она дрожала, но не только от возмущения.
Костас снова поцеловал ее в губы, но уже ласково, так нежно, как будто она была каким-то хрупким сокровищем. Он сжал рукой ее грудь, вызвав у Софи страстную реакцию. А затем ласки стали медленнее, эротичнее…
Она застонала и почувствовала, как он погладил ее по спине, притягивая к себе.
Внезапно ее охватило страстное желание.
—Рядом с тобой мой мозг отключается, Софи. Я хочу тебя. Сию же минуту.
Если бы Костас не заговорил, возможно, он бы даже получил то, что хотел. Но именно его слова подействовали на нее отрезвляюще.
После всего, что он сказал и сделал!
Софи почувствовала стыд из-за того, что она проявила ужасную слабость, что ее тело восторженно отвечало на его ласки. Она изо всех сил оттолкнула его. Софи тут же потеряла равновесие и упала бы, если бы ее не поддержали его руки.
—Не трогай меня! — Она высвободилась и, спотыкаясь, отступила на несколько шагов. — Не приближайся ко мне, — задыхаясь, сказала она.
Сердце колотилось где-то в горле.
—Софи…
Костас шагнул к ней, и она
