в том, что касается Брайена. Я решил, что со следующего учебного года отдам его в Уинхейз – в этой школе я и сам учился. Но Колин еще слишком мал, я бы предпочел еще годик подождать.
– Да, я понимаю вас, конечно. Колин, пожалуй, маловат для своего возраста…
Спокойный разговор.., обычная домашняя сценка.., и золотистоволосая головка, склоненная над шитьем.
И тут дверь отворилась, и вошла Миген.
Она стояла выпрямившись, и я сразу же понял, что она как-то страшно взволнована и насторожена. Мускулы на ее лице были напряжены, глаза сверкали. Сейчас в ней не было абсолютно ничего робкого, абсолютно ничего детского.
Она обратилась к Симмингтону, но не назвала его ни отец, ни Дик (внезапно я сообразил, что никогда не слышал, как она, собственно, к нему обращается).
– Я хотела бы с тобой поговорить, можно?
Симмингтон удивленно поднял на нее глаза, и, готов дать голову на отсечение, особой радости в них не было. Он нахмурился, но Миген с необычной для нее решительностью вела свое. Она обернулась к Элси Холланд и сказала:
– Вы извините меня, Элси
– О, конечно!
Элси вскочила с места, удивленная и немного испуганная. Она направилась к двери, а Миген шагнула ближе к отчиму, так что Элси прошла совсем рядом с нею. На мгновенье гувернантка остановилась в дверях и оглянулась через плечо.. Крепко сжав губы, она стояла неподвижно, вытянув одну руку вперед, а второй прижимая к груди шитье.
У меня перехватило дыхание, так ошеломлен я был ее красотой. Вспоминая, я всегда вижу ее такой, как тогда – застывшей в порыве вперед, полной того несравненного, бессмертного совершенства, которое знали только древние греки.
Потом она вышла, закрыв за собою дверь.
Симмингтон довольно раздраженно спросил:
– В чем дело, Миген? Что тебе нужно?
Миген подошла к самому столу, остановилась и смотрела на сидящего Симмингтона. Я снова был поражен решимостью, написанной на ее лице, и еще чем-то – жестокостью, которой я за ней не знал.
Губы ее зашевелились и она произнесла слова, потрясшие меня до мозга костей:
– Мне нужны деньги.
Настроение Симмингтона этот ответ явно не улучшил. Он резко проговорил:
– А до утра ты не могла подождать? Ты считаешь, что слишком мало получаешь на карманные расходы?
Порядочный парень, подумал я, пусть даже для него больше доступны доводы рассудка, а не сердца.
– Мне нужно много денег, – ответила Миген. Симмингтон выпрямился в своем кресле и холодно произнес:
– Через пару месяцев ты будешь совершеннолетней. Тогда ты получишь все деньги, которые оставила тебе бабушка.
Миген ответила:
– Ты меня не понял. Мне нужны деньги от тебя. – И продолжала все с большим нажимом:
– Мне старались никогда не рассказывать о моем отце. Не хотели, чтобы я побольше узнала о нем. Но я все равно знаю, что он сидел в тюрьме, и знаю, за что. За шантаж.
Она немного помолчала.
– Ну что ж, я – его дочь. И, может быть, я пошла в него. Я спрашиваю у тебя – дашь ли ты мне денег, потому что.., если нет… – Она снова помолчала, а потом продолжала очень медленно и спокойно:
– Если нет.., тогда я расскажу, как видела, что ты делал.., тогда.., с таблетками в маминой комнате.
Стояла полная тишина. Через минуту Симмингтон ответил совершенно невозмутимо:
– Не понимаю, что ты хочешь сказать.
– Понимаешь, понимаешь.
И Миген улыбнулась. Приятной эта улыбка не была.
Симмингтон встал, подошел к письменному столу, вытащил из кармана чековую книжку и заполнил чек. Аккуратно промокнув чернила, он вернулся на прежнее место и подал чек Миген.
– Ты уже большая, – сказал он. – Я понимаю, что иногда тебе хочется купить что-нибудь подороже: платье и все такое прочее. Я не знаю, о чем ты говорила, и меня это не интересует, но чек я тебе дам.
Миген посмотрела на чек и сказала:
– Спасибо. Этого мне хватит.
Она обернулась и вышла из комнаты. Симмингтон пристально глядел ей вслед на закрытую дверь, потом повернулся, и увидев его лицо, я быстро, непроизвольно рванулся вперед.
Кто-то удержал меня. Большой куст, росший у самой стены, внезапно ожил. Рука Нэша ухватила меня за пояс, а его губы зашептали мне на ухо:
– Спокойно, Бертон! Ради бога, спокойно!
Потом с бесконечной осторожностью он начал отступать назад, заставил меня следовать за ним. За углом он выпрямился и вытер лоб от пота:
– Ну конечно. Вы опять хотели пойти на штурм!
– Этой девушке грозит опасность, – сказал я убежденно. – Вы видели его лицо? Ее надо забрать оттуда.
Нэш крепко схватил меня за руку.
– Сейчас, мистер Бертон, придется
