Одностороннее движение

неравнодушна к Андрею. Или ты решила, пока его нет покрутить СЕРЬЕЗНЫЙ роман с его другом, а потом когда Андрей вернется, ты выбросишь Стаса за борт?
— Понятно, я бы тоже не стала терпеть рядом с собой тебя! – я уже направилась к двери, как меня остановила одна единственная фраза Иры.
— Нет, мы вместе с ним приехали в город, просто ему надо было срочно возвращаться, а я решила побыть здесь, но по осени я снова поеду к нему.
— Андрей приезжал? – прошептала этот вопрос, так как сил проговорить его в слух у меня не было. Я, не оборачиваясь к Ире, ждала её ответа.
— Ооо, как всё запущено! Милочка, да он даже не удосужился тебя поставить в известность, что был в городе? Как мило!
— Когда он приезжал?
— Зимой еще. В феврале! Ты не переживай так! Значит не хотел видеться с тобой.
— Я и не переживаю! – я повернулась к ней лицом. – Знаешь, Ир, мне жаль тебя! Тебе никогда не занять мое место: я первая и на сегодняшний день единственная, кто был удостоен чести стать его женщиной, а не дешевкой на одну ночь! Прощай!
Я вышла из уборной не чувствуя ног, направилась на выход из ресторана, обхватила свой живот руками так как чувствовал, что меня сейчас стошнит. Боже! Андрей был в городе! В феврале! Почему он не пришел? Почему он… Господи! О чем я говорю? Куда пришел? А главное зачем? Я сама ему сказала, что между нами все кончено! На тот момент я уже была со Стасом… О, Боже! Стас! Февраль! Четырнадцатое февраля! Нет! Не может быть! Неужели тогда в машине…
— Мила! – я обернулась на голос Стаса, который вышел из ресторана и направился в мою сторону.
— Не подходи! – прокричала я и выставила руку вперед.
— Мила, что случилось? – он сделал еще один шаг в мою сторону.
— Не подходи, Стас! – одной рукой я уперлась о стену, так как боялась упасть.
— Мил, в чем дело?
— Скажи, это он? – я прикрыла глаза, так как в памяти всплыла картинка состояния Стаса в тот злополучный день. – Это с ним ты тогда ездил якобы в офис?
— Ты о чем?
— Стас! – я даже слез своих не сдерживала. – Просто, ответь! Четырнадцатого февраля… – по выражению лица Стаса я поняла, что он знает, о чем я говорю, – ты с кем-то уехал. Это был он?
— Да! Но, Мил, какая разница…
— Какая разница? Ты сейчас шутишь? Как это какая разница, Стас!
— Мила, мы были вместе тогда…
— Почему ты мне не сказал? Почему, Стас? – он смотрел на меня, спрятав руки в карманах брюк и молчал. – Стас, – я перешла на шепот, – почему? Почему… ты… мне… ничего не сказал?
Я начал всхлипывать, рукой прикрывай рот. От мысли, что Андрей был в городе, и они беседовали наедине… Боже! О чем же они говорили? Явно не об агентстве!
— Стас, Ответь! – прокричала я.
— Мы были уже вместе! – также громко произнес он. – Зачем тебе было это знать! Ты с ним порвала отношения! Вас уже не было, на тот момент были МЫ с тобой. Мила, зачем тебе надо было это знать?
— Как зачем? Боже, Стас. Что ты наделал?
— Мила, твою мать! Что бы изменило, скажи я тебе о том, что я был с Андреем? Что?
А что бы это действительно изменило? Я бы вернулась к Андрею? Возможно! Если бы я тогда увидела его, когда еще мои душевные раны были свежи, я бы ему, возможно, все простила. Возможно, вернулась бы к нему. А так… Стас правильно сделал, что ничего мне не рассказал, но легче почему-то от этого не становится. Сердце как будто заново упало с обрыва и разбилось на миллиарды частичек, которые мне снова теперь придется собирать по крупицам.
Я упала коленями на газон перед рестораном и прикрыла лицо ладонями. Боже! Как же мне было плохо. Я чувствовала, как слезы одна за другой падают с моих глаз, превращая мою душу в убитого животного, отставшего от стаи. Мои плечи содрогались под всхлипами, но когда Стас коснулся их своими ладонями, я как будто начала погружаться в небытие. Меня начало укутывать спокойствие, он обнял меня за плечи и прижал к себе, даря своими объятиями так долго искавший уют и комфорт.
— Тише, тише, Мил. Так надо было, пойми! Я люблю тебя. Ты будешь счастлива, поверь! Я сделаю все для этого. Прости! Так надо было…
Успокаивающий шепот Стаса дарил мне новую уверенность в том, что все, что не делается все к лучшему. Если мне суждено встретиться когда-нибудь с Андреем, то это обязательно произойдет. А если в феврале Бог оградил нас от столкновения, значит, ему так было угодно. Все правильно! Так надо было! Я буду счастлива. Буду! Он любит меня! Любит…
Но душа по-прежнему умирала внутри меня, не даря мне такой уверенности, какую дарил мне мой разум. А сердце просто перестало биться…
***

Год спустя, июнь 2012

Я открыла глаза и вытянула руки вверх, подтягиваясь. Посмотрела через окно на солнце, которое говорило о том, что день сегодня просто удачный