Одностороннее движение

с этим человеком: если он собирается уехать, то к чему весь этот фарс? К чему эти попытки копаться в прошлом? – В чем ты хочешь разобраться?
— Да во всем, мать твою! – взревел Андрей. Он провел рукой по своим волосам, опустив голову, а когда снова посмотрел на меня, то в его глазах я увидела боль и отчаяние. – Во всем, Мила! Я знаю, что вел себя, как козел, эгоист, сволочь! Ты не раз мне об этом говорила, но почему ты решила разрушить все мосты, лишив меня возможности оправдаться! Мила, я любил тебя! Всегда! Больше жизни!
— Странная у тебя любовь, однако! Не находишь? Благодаря тебе я каждый чертов день просыпалась, как в аду, моля Бога, чтобы он хоть какой-то просвет дал в моей жизни! Твои звонки, как крошки хлеба, не улучшали моего состояния и не спасали ситуации. Да мне было немного лучше после них, я снова чувствовала, что есть ради чего жить! Но, Андрей! Ты бросил меня! Не я была с тобой на похоронах твоего отца! Не я была рядом на Новый год! И не я почему-то первого января находилась в твоей спальне! Ты считаешь, что это любовь? Разве любящий человек отправит на аборт свою женщину? Не было ни одного дня, чтобы я не пожалела о своем поступке! Сейчас моему сыну или дочери было бы три года, я бы ее собирала в садик, она стала бы моим смыслом жизни! А ты… Ты все перечеркнул своим эгоизмом! Я не отрицаю, что виновата тоже, ведь могла и свою голову включить в тот момент, а не идти на поводу твоих желаний! Но ты тогда был превыше всего в моей жизни! Я боялась тебя потерять! А ты этим просто пользовался! Ты знал, что я все сделаю для тебя! Ты знал, что я пойду даже на аборт, лишь бы ты всегда оставался рядом! Но я настолько была слепой и глухой, что не слышала собственного зова разума. Не одна нормальная женщина не пойдет на то, что я сделала для тебя! Но ты даже ЭТОГО не оценил! Ты постоянно вытирал об меня ноги, каждый раз, когда ты собирался в клуб с друзьями, я умоляла тебя остаться или взять меня с собой, но ты ведь… Андрей Свиридов! Тебе все равно, что хочет женщина! Для тебя главное, что ЭТА женщина сидит дома и покорно ждет тебя. Я просто задыхалась, понимаешь? Я сидела дома и, глотая свои слезы, просто задыхалась! Я не хочу сейчас ворошить прошлое! Не хочу возвращаться к нему! Нас нет! И никогда не было, Андрей! В наших отношениях была только Я и мои попытки построить что-то большее из того, что мы имели. И самое обидно знаешь, что? – Андрей молча всматривался в мои глаза, скрестив руки на груди. – Что кроме секса НАС ничего не связывало! – последнее предложение я уже прохрипела, так как мои глаза полностью были во власти слез, а в горле стоял ком из обид и душевных неприятных воспоминаний. Я прикрыла рот тыльной стороной ладони и всхлипнула, ожидая, что хоть сейчас Андрей отпустит меня, и мы навсегда закроем тему наших отношений.
— Думаешь я не жалел об аборте? Мила, я проклинал себя и свой характер каждый Божий день! Думаешь, я не видел, как ты смотришь на детей во дворе? Думаешь, я не видел и не слышал всех тех слез, которые ты проливала из-за меня?
— Тогда почему ты не предпринимал попыток хоть что-то изменить? Почему? – я прижала руку к груди, так боль внутри меня усиливалась, а поток слез так и не прекращался.
Наступало время обеда, судя по увеличившемуся движению автомобилей, которые, проносясь мимо, поднимали пыль, перекрывающей доступ к нормальному дыханию: стало тяжело дышать, да и говорить от шума проезжавших мимо машин тоже было невозможно.
— Мила, – Андрей подставил сжатый кулак к губам и начал тяжело дышать, – пожалуйста, пойдем в машину. Поговорим спокойно!
— Зачем? Я не вижу в этом смысла!
— Я вижу!
— Ты все равно уедешь! У каждого из нас своя жизнь!
— Мила, пожалуйста!
Я стояла некоторое время молча, всматриваясь в любимые глаза этого мужчины, который, продолжая прижимать к губам сжатый кулак, смотрел на меня. Мое сердце разрывалось на части от противоречивости вспыхнувших желаний: я хотела быть на месте его руки, чтобы также прижиматься к его губам, как будто он ищет силы в этом жесте, как будто это помогает ему дышать; также я хотела сесть в свою машину и уехать отсюда, навсегда вычеркивая из памяти воспоминания об Андрее, которые изо дня в день прожигали расплавленным оловом мое сердце, ставя на нем клеймо принадлежности этому мужчине.
Я обхватила свои плечи холодными руками и отвернулась. Есть ли смысл в этой беседе? Смогу ли я потом нормально и спокойно жить, зная ответы на все свои вопросы? Смогу ли забыть Андрея, после того как мы, обсудив все проблемы, расстанемся навсегда? Не знаю! Но, по крайней мере, я буду знать, что творится в душе у Андрея, и что я значу для него!
Я снова повернулась к Свиридову, который, по-моему, даже не дышал, ожидая моего ответа, и шепотом произнесла:
— Давай, поговорим! Но если хоть один мой вопрос…