Одностороннее движение

и потерю доверия! – Мила, только ты могла так со мной поступить! Заметь, не я тебя вытащила в этот чертов клуб, не я тебя умоляла побыть там немного, но именно почему-то Я в итоге остаюсь одна в компании твоего брата и его друзей, а ты просто-напросто исчезаешь. Это, по-твоему, нормально? Так поступают лучшие подруги?
— Аль! – я спокойна как танк. – А где ты была?
— Я… я была… Вчера приехал Антон, он мне позвонил, я попросила забрать меня с клуба. Слава Богу, что хоть кто-то помнит о моем существовании.
— Так ты только что от него?
— Ну да! А по мне не заметно, что я еще дома не была?
Существует такое мнение, что женской дружбы не бывает. Честно говоря, все наши годы с Алькой мы опровергали сущность этой, чьей-то довольно глупой и недоказанной, теории. За все одиннадцать лет дружбы мы и ссорились, конечно, и гадости друг другу говорили, и мирились под слезливую какую-нибудь мелодраму, но ВСЕГДА говорили только правду, никогда в нашей дружбе не было недосказанности. Но, всему видимо, приходит конец, нет, я не про дружбу, а про тайны, детские секретики. Раньше мы их друг другу выкладывали, старались быть честными, но, как я полагаю, мы выросли, а, вместе с нами, и тайны, и рассказывать друг другу о них уже мы боимся, или не хотим. В любом случае, когда одна сторона знает о существующей лжи, а другая старательно её скрывает, то есть ли место в таких отношениях дружбе настоящей, основанной на доверии? Думаю, ответ напрашивается сам за себя. Не знаю, что сподвигло меня в тот момент промолчать, может желание ей поверить, может страх оказаться за бортом дружбы, но я почему-то решила, что раз у нее есть секреты, то они будут и у меня!
— Алин, ладно тебе! Мне вчера плохо было. Могла бы понять. На улице пыталась прийти в себя, и вышел Стас, он меня решил домой отвезти, а про сумочку я совсем забыла.
— Ну и как у Стаса дома? Ты где спала? С ним? – вернулась моя старая любимая подруга, снова улыбается, снова подталкивает меня все рассказать ей.
— Аль, ты меня за кого принимаешь?
— За девушку! За ЖИВУЮ девушку! Так ладно, пошли, поднимемся ко мне. Не будем же мы на улице обсуждать твою сексуальную жизнь. Вернее ее отсутствие.
Лежа уже на кровати у Али в комнате, пока подруга после бурной ночи, как я полагаю, принимала душ, меня душило изнутри два вопроса: кто виноват и что делать? Шучу, в сложившейся ситуации меня мало интересовали ответы на риторические вопросы наших бессмертных классиков Герцена и Чернышевского. Меня больше занимали два факта: почему моя лучшая подруга мне соврала и как покорить вершину Эвереста, то есть Андрея? В уме я уже начала прикидывать план похищения: врываюсь я такая в его агентство, закидываю на голову Свиридова мешок, тащу его в машину (а он такой смиренный и послушный следует моим инструкциям!!! Ага! Как же!), везу на дачу к Альке, сажу его «на сухой паёк», и терпеливо жду момента или дня, когда он в меня влюбится и решится сделать первый шаг! План шикарный, Милена Николаевна, а самое главное жизненный! О, Господи! Закрываю лицо ладонями и начинаю глупо хихикать. Мои суперграндиозные планы всегда так уверенно канут в Лета, что даже не знаю, будет ли «удача» и в этот раз на моей стороне. Дожилась! Я уже сама над собой надсмехаюсь!
Вышедшая из душа Алька, нарушает ход моих великих мыслей, и окидывает меня вопросительным взглядом.
— И что ты на этот раз придумала?
— Ничего! Просто достало всё! Может на пару дней куда-нибудь сгоняем?
— Ага! К нам на дачу, там клубника поспела, пора собирать на варенье!
Мой хмурый вид лиц говорит о том, что я не настроена на дачные работы.
— Ладно, давай съездим ко мне на дачу просто поесть клубники и посмотреть какую-нибудь мелодраму. Как такой план?
— Это мне больше по душе. Слушай, а Антон давно приехал? Можем его тоже пригласить? Я всё-таки понимаю, что вы давно не виделись: он со своими командировками тебя, наверное, замучил уже?
— Ну, Мил, это жизнь! Это его работа! Ему все нравится, меня тоже всё устраивает.
— Я бы не смогла так долго быть без любимого человека. – При произнесении последнего выражения, кидаю взгляд в сторону Альки, которая сидит на стуле перед туалетным столиком и медленно расчесывает волосы. Мне даже показалось, что она о чем-то думает. Почему она молчит? Ведь я знаю, что она в отеле была не с Антоном. У него отдельная квартира и, в конце концов, она не один раз уже оставалась у него дома, и Алькины и Антошины родители в курсе этого. Поэтому факт конспирации своих отношений сразу отпадает. Она там была с кем-то другим, и, если честно, я вообще сомневаюсь, что Антон приехал. – Ну так что? Будем его звать?
— Давай в другой раз. – Прекращает «мучить» свои волосы и поворачивается ко мне. – Не хочешь рассказать про Стасика?