Я «запала» на него еще в школе. ОН — лучший друг моего старшего брата. Со временем я решила, что это была всего лишь детская влюбленность. Но спустя четыре года ОН снова появился в моей жизни: красивый, широкоплечий, темноволосый. А его завораживающие голубые глаза! Я в них тонула! Его хмурый взгляд и неприступный вид сводили меня с ума, его холодная невозмутимость вызывала во мне запретные желания и лишала воли. И я пропала: захотела стать ЕГО женщиной, ЕГО идеалом, центром и смыслом ЕГО жизни. Но оказалось, что в погоне за собственными иллюзиями, я вышла на дорогу с односторонним движением…
Авторы: Гуржеева Ксана
чем станешь выбирать трудовой путь.
Ну, вот что здесь скажешь после такой речи? Так как я маму безумно сильно люблю, то и расстраивать ее раньше времени я не собираюсь!
— Хорошо, мамуль. Впереди еще много времени для раздумий. – Дарю ей свою белоснежную улыбку и вижу, как ее глаза наполняются счастьем, любовью и гордостью. Ну, всё! Миссия выполнена!
— Да, я, кстати, помню, Женька говорил, что ты там занималась какой-то газетой, только я думал, что это обычная школьная стенгазета: ну, там, «плохишей» на обозрение всего класса, неуспевающих и прочее. А оказывается, вот оно что! Все так серьезно. Даже председатель пресс-центра! Удивлен!
— А что здесь удивительного? – непонятно по какой причине, но меня вдруг задели его слова. – Мне с первого класса все учителя твердят, что у меня фантастические сочинения.- Стоит, наверно, отметить, что скромностью моя персона не страдает. – Так почему же, когда представилась такая возможность возглавить школьный пресс-центр, я должна была отказаться? Я с радостью согласилась, но с условием, что продолжу писать статьи и брать интервью. Мало того, все именитые гости, которые посещали нашу школу, именно от моей руки попадали на страницы нашей газеты. Я сама лично у них всегда брала интервью. Директор мне доверяла в этом вопросе, и даже никогда не присутствовала во время наших бесед. Меня тянет в это русло, я живу этим, я не вижу себя врачом или юристом. Мне нравится писать, и не просто писать, а писать что-то значимое.
— Хм… – Теперь я уставилась на Андрея, пытаясь разобраться, что же означает это его «Хм». Жду, что он продолжит свою реплику, но он опускает свой взгляд в тарелку с «Цезарем» и я понимаю, что диалог закончен. Ладно!
Чтобы хоть как-то разрядить обстановку за столом, голос подает мой брат:
— Слушай, Мил, мы сегодня в клуб собираемся с парнями. Ты их всех знаешь, не хочешь присоединиться? Сессия закрыта, что еще делать то?
— Не знаю даже. – Честно говоря, Андрей отбил желание находиться с ним в одной компании. – Мы с Алькой планировали к ней заломиться, фильмец глянуть, пиццу поесть.
— Да ладно, Мелкая, не будь такой занудой! Я тебя 2 года не видел, а ты даже не можешь мне компанию составить. – Давит, гад, на самое больное место. – И Альку свою возьми, сто лет её уже не видел. Хоть поздороваюсь.
— Ну, поздороваться ты с ней всегда успеешь, она все лето будет в городе. А на счет клуба… Не знаю. Её, скорей всего, Антон не отпустит.
— Какой Антон? – глаза у брата округлились. Я, пытаясь сдержать смешок, произношу:
— Женечка, Альке уже, как и мне, восемнадцать лет, не за горами девятнадцать. Ты ее последний раз видел почти семнадцатилетней девчонкой. Она уже выросла и начала встречаться с парнем. И, между прочим, осенью у них уже свадьба.
— Она беременна, что ли? – от его слов я опять закатываю глаза и цокаю. Боже, ну что за современные стереотипы!
— Нет! Она не беременна! Они просто любят друг друга. – Отмахиваюсь от него рукой. – Тебе этого не понять!
— Ну, просто странно это как-то: замуж, в девятнадцать лет. Потом разведутся все равно!
— С чего ты взял, что они разведутся? У них искренняя и взаимная любовь! Он не маленький мальчик, который, говоря твоим языком, «поматросит и бросит» её, ему 28 лет. Серьёзный мужчина. Они уже 2 года вместе.
— Ааааа… Так он педофил! – спокойно утверждает брат, глядя в тарелку с пастой и наматывая спагетти на вилку.
— Женя! – мама уже не выдержала.
— А что? Когда они начали встречаться, она была еще несовершеннолетней, малолеткой! Это нормально, по-твоему, мам? Мужик в двадцати шестилетнем возрасте тащится за семнадцатилетней? Я бы убил такого м***ка, если бы к Миленке полез! Я надеюсь, у тебя нет такого «папика», с которым ты уже второй год таскаешься? – и после этого вопроса я была удостоена убийственного взгляда.
Мда… Сказать, что мой брат иногда бывает очень импульсивен – ничего не сказать! Я, от проявления такой «душевной» заботы, улыбнулась краем губ и начала подниматься.
— Нет, Жень, не переживай! Твоя сестра «не таскается с каким-нибудь папиком». Ладно, спасибо за вкусный обед, мамуль, – ставлю посуду в раковину и целую маму в щеку, – я побежала звонить Альке и, если она пойдет, то буду собираться. – Последний раз бросила взгляд на нашего гостя, который, оказывается, смотрел на меня изподлобья и прожигал своими глазами во мне дыру.
Развернувшись в сторону своей комнаты и схватив трубку телефона, я спокойным шагом отправилась к себе. Дозвонившись до Альки, согласовав с ней планы на вечер, и услышав от нее положительный ответ о посещении клуба, я потихоньку начала собираться: сходила в душ, приготовила бигуди (да, да! Я поклонник шикарных волнистых волос), и начала рыться в
