Женщина с сильным характером. Когда-то она вошла в респектабельное семейство, став женой южного джентльмена. А потом вдруг оказалось — эти настоящие мужчины умеют лгать и предавать, быть подлыми и слабыми. И тогда она уехала на Север — туда, где женщина-юрист может пробиться упорным трудом и сделать блестящую карьеру. Алекса Хэмилтон — один из лучших прокуроров Нью-Йорка. К ее мнению прислушиваются, ее уважают и даже побаиваются. С годами она стала еще привлекательнее, но разуверилась в любви. Неужели же сердце этой красивой, умной женщины никогда не оттает?
Авторы: Даниэла Стил
что она для него — «свой парень». Именно так она и вела себя и, судя по всему, ни с кем не хотела других отношений. Видно, сильно обожглась на своем браке и тяжело перенесла предательство мужа. Как-то раз Алекса сама рассказала ему свою историю. Ее история была, кажется, еще хуже, чем у него.
— Полагаю, вы шутите. Я права? — Она улыбнулась и в ответ на его вопрос сказала: — У кого есть время на личную жизнь? У меня есть ребенок и работа на полную ставку. Этого вполне хватает.
— Похоже, многие люди как-то умудряются не ограничиваться этим. Они даже ходят на свидания, влюбляются, женятся. По крайней мере мне так говорили.
— Должно быть, они живут под воздействием наркотиков, — сказала Алекса, отодвигая тарелку с салатом. С нее было достаточно. — Скажите лучше, что вы думаете о нашем деле? Как по-вашему, нам удастся припереть его к стенке?
— Надеюсь. Я, черт возьми, намерен попытаться сделать это. Абсолютно хладнокровный тип. Мне кажется, что он бы всех поубивал, если бы представилась такая возможность, и ему это сошло с рук.
— Что дает вам основания так думать? — спросила заинтригованная Алекса, всегда доверявшая его суждениям. Он редко ошибался. И скорее всего не ошибся и на этот раз. — Квентин никогда еще не обвинялся в преступлениях, связанных с насильственной смертью, идо этого «разгула», насколько нам известно, никого не убивал. — Она выступала сейчас в роли «адвоката дьявола», придираясь к суждениям обоих.
— Это всего лишь означает, что он хорошо делает свое дело. Не знаю сам, почему я так думаю, но мне, как и вам, уже приходилось встречаться с такими. С холодными как лед и мертвыми внутри. Они похожи скорее на машины, чем на человеческие существа. Он является классическим примером социопата, а тем, как правило, ума не занимать. Это самые опасные для окружающих существа. Убить вас им так же просто, как обменяться рукопожатием. Возможно, когда он был моложе, он никого не убивал, но я убежден, что сейчас он готов убивать. Может быть, что-то в нем сломалось, когда он последний раз отбывал срок в тюрьме. Думаю, этот сукин сын — психически больной извращенец, который еще заставит нас покрутиться за нашу зарплату. Он хорошо заметает следы. Не знаю почему, но нам повезло с этой кровью на его башмаках. Обычно социопаты не допускают подобных ошибок. Возможно, он стал слишком самонадеянным. К тому же наверняка не знал, что мы за ним следим. — Это стало ясно из допроса, и ему об этом не сказали, а просто позволили говорить.
— Черт возьми, я очень надеюсь, что мы его прижмем, — с жаром сказала Алекса, которая больше всего на свете хотела сейчас изолировать его от общества.
— Я тоже, — согласился Джек.
— С ума схожу, когда вижу лица этих девушек. Все они такие юные и такие хорошенькие. И очень похожи на мою дочь. — Она почувствовала, как по спине забегали мурашки. Она об этом раньше не думала, а остальным это давно пришло в голову. Саванна как раз девушка такого типа, который предпочитал преступник. Но к счастью, он сидит в тюрьме, а не разгуливает на свободе. Пока.
— Кстати, как у нее дела? — спросил Джек, меняя тему разговора. Ему казалось, что он ее знает, потому что видел на столе в кабинете Алексы целую галерею ее фотографий и раза два встречал там. Она была красивой, как и ее мать.
— Готовит задания для подачи заявления в колледж, хочет поступить в Принстон. Это по крайней мере в Нью-Джерси. Но я боюсь до смерти, что она поступит в Стэнфорд. Не хочу, чтобы она уезжала так далеко. Когда она уедет, моя жизнь станет совсем одинокой.
Он кивнул и заметил глубокую печаль на лице Алексы. Она была слишком молода, чтобы отдать ребенку всю свою жизнь.
— Может быть, вам следует над этим подумать? Еще есть время принять какие-то меры.
— Прошу прощения. Неужели я это слышу от человека, который работает так же напряженно, как я? Последний раз я ходила на свидание в каменном веке, но что-то мне подсказывает, что ваше последнее свидание было за несколько тысячелетий до этого.
Он громко рассмеялся, услышав ее слова.
— Уж поверьте мне, это большая ошибка. Для меня это слишком поздно. Я теперь могу встречаться с женщинами либо значительно моложе меня, которые хотят завести детей, а я этого не хочу, либо с женщинами своего возраста, которые ожесточились и ненавидят мужчин.
— Неужели нет какого-нибудь промежуточного варианта? — удивилась Алекса. Она знала, что сама ожесточилась по отношению к Тому и вообще к мужчинам. Поклялась никогда больше не верить ни одному мужчине — и не верила даже тем, с которыми встречалась, хотя это случалось редко. Стены, которыми она себя отгородила, были высотой в целую милю.
— Нет, — подтвердил Джек. — Разве что проститутки.
