Огни Юга

слишком много задает на дом.

— Я же говорила. А у меня снова «неуд» по химии. Мама убьет. Она помешана на хороших отметках, хотя сама никогда не училась в колледже. Она только ходит на ленчи и играет в бридж со своими приятельницами. Для этого не нужно учиться, — сказала Джулиана. Саванна кивнула. Она не стала говорить, что ее мама юрист, сочтя это нескромным. — А мой папа доктор. Педиатр, — добавила Джулиана, и Саванна снова кивнула.

Они нашли столик, уселись, и к ним сразу же слетелась стайка девчонок и мальчишек. Очевидно, Джулиана пользовалась в школе популярностью и знала всех. К середине ленча она призналась Саванне, что у нее есть бойфренд. Он был капитаном футбольной команды, то есть фигурой весьма известной.

За столом все говорили о своих планах на уик-энд, о баскетбольном матче, который состоится в пятницу вечером, расспрашивали о друзьях, обменивались номерами телефонов и сплетничали. В этой оживленной группе Саванна чувствовала себя не совсем своей, поэтому больше слушала.

В Нью-Йорке она чувствовала себя полностью уверенной в себе, а здесь была ошеломлена размерами школы и обилием новых имен и лиц.

Отец приехал за ней в три часа. Джулиана и еще две девочки дали ей номера своих телефонов, что было неплохим началом, но ей было как-то неловко звонить им.

— Как прошел день? — спросил отец, когда она уселась в машину. Ему показалось, что она выглядит усталой и какой-то смущенной.

— Я немного ошеломлена, но все в порядке. Познакомилась с хорошими людьми. Только их слишком много и пока трудно привыкнуть к новым предметам и новым учителям. Многое здесь почти не отличается оттого, что я учила в Нью-Йорке, кроме урока по основам гражданственности, на котором только и говорят об истории Севера и Юга. Конфедерация здесь, в Чарлстоне, жива и процветает. По-моему, для первого дня все прошло неплохо, — сказала она.

Том кивнул, и они отправились домой.

— Много задали? — с интересом спросил отец. Он был очень внимателен по отношению к ней, гораздо внимательнее, чем ожидала Саванна, и это ее тронуло.

— Примерно столько же, сколько дома. Все мы как будто вышли на финишную прямую и ждем ответов из колледжей. Надо держаться изо всех сил, чтобы не испортить все на последнем этапе.

Он усмехнулся, слушая ее.

— Уверен, что в нью-йоркской школе были бы рады слышать это.

— Они это знают. Дома после окончания старшего класса у нас даже нет выпускных экзаменов. Достаточно иметь проходные баллы в каждом классе, — сказала она. О том, приняли или не приняли ее, она услышит только в конце марта или даже в начале апреля, так что пока это ее не тревожило.

Через пять минут они подъехали к дому, и отец, высадив ее, вернулся в банк. Он сказал, что увидится с ней позднее. Саванна отправилась на кухню, чтобы перекусить, но там не было ни души. Две женщины, которые обычно сидели на кухне, оставили записку о том, что ушли закупать продукты. Дейзи и Луизы тоже не было видно. Взяв яблоко и банку кока-колы, Саванна направилась к себе наверх. В этот момент из своей комнаты выскочила, улыбаясь во весь рот, Дейзи. Она знала, что матери нет дома, так что можно было, не опасаясь скандала, обнять Саванну.

— Как в школе? — спросила она, последовав за Саванной в ее комнату, где та, положив учебники, надкусила яблоко.

— Жутковато, — призналась Саванна. Ей было проще сказать это Дейзи, чем отцу. — Все вокруг незнакомые.

— Учителя злые? — с сочувствием спросила Дейзи, которая бросилась на кровать Саванны.

— Нет, просто они другие. — И тут Саванна вспомнила, что давно хотела кое о чем спросить у Дейзи, которая теперь стала ее официальным консультантом по местным обычаям. — Скажи, что означают слова «храни ее Господь», которые все здесь повторяют? — Саванне они показались несколько загадочными, но Дейзи рассмеялась.

— Так говорят, когда человек кого-то ненавидит. Скажешь, например, что-нибудь злобное о ком-нибудь, а потом сразу же добавляешь: «Храни ее Господь». Моя мама всегда так делает. И бабушка тоже. Мы здесь называем это «вежливые гадости», — сказала Дейзи. Саванна тоже рассмеялась. Джулиана сказала так о своей матери. — Если говорят «Храни ее Господь» кому-нибудь в лицо, это означает, что они очень, очень ненавидят этого человека. Моя мама так тоже делает, — добавила Дейзи. Саванна могла без труда представить себе это.

Вскоре они услышали, как хлопнула входная дверь, и Дейзи на всякий случай сбежала в свою комнату. Девочки не хотели, чтобы их застали вместе. Вскоре Саванна услышала, как закрылась дверь спальни Луизы, и обрадовалась, что Дейзи ушла. Луиза устроила бы грандиозный скандал, узнав, что они подружились и спят по ночам