Огонь его поцелуев

лорд Стефан вернулся домой с разбитой, опухшей нижней губой и подбитыми, окруженными отвратительного вида синяками глазами, он повел себя с сестрой и братом Генри так, словно был восточным деспотом, а они — его невольниками. Мисс София задалась вопросом, насколько серьезно пострадал лорд Рейнекорт. Впрочем, девушка не осмеливалась справиться у брата о состоянии здоровья его противника. Слишком уж явной была вражда между мужчинами.
Подавив вздох, мисс София порывисто развернулась и, осторожными шажками перейдя через библиотеку, приблизилась к стоящему у камина лорду Стефану. Она чувствовала, что брат сейчас в прескверном расположении духа. Его красивые сине-зеленые глаза, очень похожие на ее собственные, пылали гневом и ненавистью.
— Чего ты от меня еще хочешь? Я уже сто раз успела извиниться за то, что вальсировала с твоим заклятым врагом, — не скрывая сарказма, произнесла София.
Лорд Рейнекорт не был врагом их семьи, даже если Стефану вздумалось считать его злодеем. Так же как София и ее братья, он осиротел после того, как его отец, застрелив их родителей, покончил жизнь самоубийством.
— Ты не должна была ехать на бал к Харперам без меня, — сердито проворчал лорд Стефан.
— Я бы не поехала туда одна, если бы ты не нарушил данное мне ранее обещание, — не желая идти на попятный перед братом, как это делал Генри, упрямо заявила мисс София.
Ее никчемный брат, предоставивший сестру самой себе, должен был теперь залечивать синяки и шишки. Он выглядел так, словно упал с лестницы или вывалился с экипажа на мостовую.
— И что же я тебе обещал, дорогая сестра?
Покрытый вычурной резьбой набалдашник трости больно врезался мисс Софии в руку, когда девушка, стараясь сохранять самообладание, с силой сжала ее.
— Ты обещал сопровождать меня на бал, который давали лорд и леди Харпер. Вместо этого ты оставил меня скучать дома, а сам вместе с Генри отправился на всю ночь играть в карты и пьянствовать.
— Не устраивай истерику.
Подняв тросточку, девушка ударила заостренным концом по каминной полке, преграждая лорду Стефану дорогу.
— А ты, мой братец, груб и вечно пьян как свинья! — крикнула она, напрягшись от бурлящих в ее душе эмоций. — Если бы не великодушие Фанни и мистера Гриффина, я бы весь вечер просидела дома одна.
Лорд Стефан отвел рукой тросточку и нетвердой походкой направился к столику, на котором оставил бокал портвейна.
— Я говорил, что Лондон не для тебя.
— Я прекрасно чувствую себя в Лондоне, — упрямо заявила девушка. — Просто вы с Генри боитесь, что забота о бедненькой, почти слепой Софии помешает вам предаваться вредным для здоровья и кошелька излишествам.
Допив портвейн, лорд Стефан вновь наполнил бокал.
— Ты слишком высокого мнения о себе, София, — сказал он, проходя мимо сестры к своему любимому креслу.
Непочтительность брата затронула девушку за живое.
— Иногда ты бываешь холодным как лед, но бессердечным я бы тебя не назвала, — идя за лордом Стефаном, заговорила она. — Зачем тогда ты согласился привезти меня в Лондон, если на самом деле не собирался никуда меня отпускать? С таким же успехом я могла бы остаться в деревне!
— Об этом я тебе и толкую! — сказал брат, со звоном ставя на квадратный стол бокал на тонкой ножке.
От громкого звука мисс София нервно вздрогнула и моргнула.
— Я давным-давно говорил тебе, что нет никакого оправдания тем дополнительным расходам, которые мы понесем из-за твоего приезда в Лондон. Траты на твои платья и украшения переходят всякие границы. Ты любое состояние можешь пустить по ветру.
Мисс София почувствовала себя страшной эгоисткой. У Стефана был прирожденный талант вызывать у нее стыд за те простые радости, которые ей позволялись.
— Насколько я помню, вы с Генри не склонны волноваться из-за денег, когда речь заходит о новом сюртуке или паре штиблет.
Лорд Стефан проигнорировал ее замечание.
— А что я и Генри получим взамен, тратя деньги на твои наряды?
Он скрестил руки на груди.
— Должен признать, что твоя внешность, дорогая сестренка, у многих мужчин может вызвать несварение желудка.
Девушка прикусила щеку, стараясь не заорать на брата.
— Ты, как всегда, сама доброта, братец.
Стефан отмахнулся от нее. Мисс София нахмурилась, озадаченная тем, что на пальце старшего брата сейчас нет массивного золотого перстня, который переходил в их семье от отца к старшему сыну на протяжении нескольких поколений.
— Если бы я думал, что у тебя есть хоть ничтожнейший шанс найти себе мужа, то я, уж поверь мне, привез бы тебя в Лондон еще несколько лет назад и выдал замуж за первого, кто осмелился бы попросить твоей