Охота на оборотня

спина старика больше не маячила в бинокле. Астафьев залег за очередное дерево и затаился. Время от времени он смотрел на часы. Солнце неумолимо клонилось к закату. Лишь спустя долгие минуты, Юрий, покрутив верньер настройки, убедился, что перед ним снова широкая спина в камуфляже. Тихо подобравшись к месту отдыха «грибника», Юрий замедлил шаг и огляделся. Он был наслышан о всяких ловушках, которые могут расставить спецы. Сначала он ничего не увидел, потом заметил какую-то странную выпуклость лесного дерна.
«Мину, что ли, поставил? — недоумевал он. — Но откуда у него мина?»
Решившись, он разгреб руками землю и обнаружил автомат. Сначала Астафьев обрадовался, но, отстегнув магазин, убедился, что тот пуст.
«Вот почему он от него избавился! — понял Юрий. — Не хочет тащить на себе такую тяжесть», — и отправил АКМС на свое место. После чего бросился догонять своего подопечного и скоро сократил дистанцию. Его удивило, что Пахомов шел даже медленней, чем прежде. Вскоре тот вышел на небольшую полянку, и Юрий понял, в чем дело. Похоже, старик, падая в овраг, повредил себе и здоровую ногу и теперь почти не мог передвигаться, хотя и опирался на сучковатую палку. Минут через десять он просто выдохся, сел на упавшее дерево и стал ждать Юрия. Но тот не спешил. Тогда Пахомов крикнул:
— Юра! Оставь меня в покое, иначе я вынужден буду тебя убить! Уходи, я тебя отпускаю!
— Спасибо, конечно. Но мне хочется побыть с вами. Да и убить меня будет сложно, Иван Матвеевич!
— Почему?
— Потому что я этого не хочу!
Пахомов засмеялся.
— Парень, если ты думаешь, что я слабак, то ошибаешься. Впереди ночь, Юра, и это мое время. Уходи, пока я тебе разрешаю. Возьми влево, и через час ты выберешься на дорогу. Она ведет в Кривов.
— Спасибо, Иван Матвеевич, вы всегда были ко мне добры. Но я лучше останусь. У меня есть другое предложение. Кидайте сюда ваш пистолет, и мы пойдем вместе в город. Вам все равно нужна медицинская помощь.
Несколько секунд Пахомов молчал, затем до ушей Юрия донесся его приглушенный возглас:
— Ну ты и нахал!
— Что делать, Иван Матвеевич, — согласился Астафьев. — Работа у меня такая. Я люблю доводить дело до конца.
Минут через пять Пахомов с трудом двинулся вперед. Шел он по-прежнему медленно, но более уверенно. За ним последовал не расстававшийся с биноклем Астафьев. Время от времени он поглядывал то на часы, то на солнце. Оно уже склонилось за лес и наполнило его первыми, будто неуверенными сумерками. Луна, весь вечер скромно висевшая на небе серебряным диском, сейчас засияла в чернеющем небе включенным прожектором. Ночная прохлада не принесла облегчения, а выпустила на охоту комаров. Еще одно луговое несчастье! В этих местах, обильных озерами и протоками, они водились просто в неисчислимых количествах.
«Да, а ночью придется совсем хреново, — подумал Юрий, тщетно отмахиваясь от очередной эскадрильи кровососущих. — Знал бы, хоть какой-нибудь репеллент с собой взял. А то до утра от меня одни кости останутся. Костер бы развести. Да, это было бы здорово, — Астафьев уже издевался наД со-бой. — Этот хитрый змей может сделать в темноте что угодно, подкрасться и убить или вообще ползком, втихаря оторваться. Наверняка их такому обучали».
В поисках выхода из создавшегося положения Юрий просто сломал голову. Он посматривал на деревья, прикидывая, не забраться ли ему на ночь на одно из них.
Но ничего похожего на вековой дуб, хранивший в своем чреве пожитки Пахомова, не попадалось. После долгих раздумий Астафьев решил, что вряд ли он высидит на ветке всю ночь, не петух ведь на насесте. «Привязаться ремнем, но как? Глупость какая-то лезет в голову».
Все разрешилось само собой. Уже почти в полной темноте он осторожно пробирался вперед, когда неожиданно за частоколом деревьев увидел блеснувшую в лунном свете серебряную полоску воды. Юрии прижался к ближайшему дереву, так прошла минута, другая. От напряжения в висках пульсировала кровь. Лицо продолжали нещадно кусать комары, но он перестал обращать на них внимание. И наконец, он услышал треск сухой ветки. Пахомов прошел где-то рядом, Юрий хорошо рассмотрел его в лунном свете. Он с ужасом подумал о том, как все сложилось, если бы его преследователь не был инвалидом. Они с Колодниковым и Шалимовым, конечно, это не могли просчитать, прикидывая портрет «грибника». Лишь теперь все стало ясно — хромой пожилой человек собирает грибы, что его бояться? Ну, а дальше у женщин шансов просто не было. Как не было бы их сейчас и у Астафьева, попади он в руки своего хромого палача.
Когда Пахомов удалился в темноту и озноб страха прошел, Юрий начал думать о своих дальнейших действиях. Увы, очень немногое приходило ему на