Громкое дело — убийство известной телеведущей — расследуют уже знакомые читателю лихие парни из УГРО. Кто безжалостно расправился с журналисткой? Серийный маньяк или хладнокровный расчетливый убийца? А может быть, это расплата за бескомпромиссную позицию телеканала? Серия новых убийств молодых женщин окончательно запутывает следствие.Преступник расставляет хитроумные ловушки, пытаясь опередить сыщиков. И дело чести оперативников распутать клубок чудовищных преступлений.
Авторы: Сартинов Евгений Петрович
труб понатыкали, тоже не проедешь.
— Значит, она могла стоять только здесь? — предположил Колодников, показывая на свой «уазик».
— Да, верно.
— Тогда все логично. От пистолета хотел избавиться сразу, поэтому, не раздумывая, швырнул его в первый попавшийся на пути бак. Виктор, догадываешься, что от тебя требуется?
— Выяснить, что за машина здесь стояла примерно в пол-одиннадцатого, — со вздохом предположил участковый.
— Именно. Молодец! А что вздыхаешь так тяжко?
— Да нам директиву очередную из мэрии спустили, провести пробную перепись населения.
— Вот как! Это кто ж такой умный?
— Мэр, кто еще может до такого додуматься! На учетчиков у них денег нет, а мы, дескать, все равно по квартирам ходим.
— Вить, скажи спасибо, что вас заставили только переписывать население, а не заняться его увеличением, — и Паша произвел руками характерный жест. Все рассмеялись, а Демидов вздохнул:
— Да я бы уж лучше этим занялся, чем такой фигней.
— Размечтался, и рыбку съесть, и удовольствие получить на рабочем месте. — Колодников хохотнул, потом уже серьезно добавил:
— Так ты понял, что делать?
— Конечно.
— Паш, — Андрей обратился к Зудову, — а ты возьми этих гавриков и прогони их отсюда пешим маршем до вокзала, проверим хронометраж. Потом доставишь их в отделение, снимешь показания и — в ИВС.
Зудов поморщился:
— Потом у меня в машине неделю дышать нечем будет.
— Ну, что ж поделаешь! — развел руками Андрей. — Можешь на крыше их везти, можешь своим ходом гнать, но сделай все, что я сказал.
— Ладно. Вот так всегда, как на машине приедешь, какая-нибудь фигня да случится. Автомобиль жалко, — тихо бунтовал Зудов.
— Давайте, мужики, работать! — поторопил коллег Колодников. — Я в горотдел.
Колодников уехал. Паша своим ходом погнал сцепленных одними наручниками бомжей к вокзалу, а сам потихоньку ехал рядом на машине. Участковый же вздохнул, снял с головы фуражку, вытер пот и вошел в подъезд ближайшего к помойке дома.
До встречи с бомжами Колодников чувствовал жуткий голод, но живописный пейзаж «хлебных полей» и романтиков помойки напрочь перебил аппетит, поэтому вместо дома он поехал в управление. Только он успел зайти в здание, как его тормознули.
— Андрей, тут вон по твою душу, — дежурный по городу показал глазами за спину Колодникова и шепотом добавил:
— Жена Сареседзинова.
Колодников обернулся и увидел невысокую черноволосую женщину лето сорока, в строгом черном костюме.
— Вы начальник уголовного розыска? — спросила она, подходя поближе.
— Я не начальник, а исполняющий обязанности начальника.
— Какая разница? Я была у вашего этого Митина, он направил меня к вам.
— Ну хорошо, пойдемте, — вздохнул Андрей.
В кабинете он первым делом поставил рацию на подзарядку, потом позвонил одному из своих оперативников, Колесникову.
— Коля, привет. Слушай, вы вчера с Михаилом проводили осмотр сквера, рядом с домом Иванова?
— Ну да. Сам же нас туда отправил.
— Вы там пакет не находили? Черный такой, и надпись золотом «Кельвин Кляйн».
— Слушай, по-моему, был такой.
— Вы его к делу не приобщили?
— Там Сычев командовал, так что я точно не помню.
— Найди Сычева, и если он его вчера не взял, тo съезди и забери пакет.
Хорошо?
— Ясно. Если он еще там.
После этого Андрей включил чайник и только потом сел и поднял глаза на терпеливо ожидавшую женщину.
— Ну что ж, теперь займемся вами. Когда вы видели вашего мужа последний раз?
В пять часов вечера к Колодникову заглянул Астафьев. Майора он застал в некоторой прострации. Глядя на пустой лист бумаги, он курил сигарету и отхлебывал из кружки крепкий чай.
— А, Юра. Ну что, как у тебя дела? — спросил он.
— Плохо. И грибников, и рыбаков у нас как собак нерезаных, — ответил Астафьев, усаживаясь на стул. — Сейчас был на радио, через час передадут приметы той женщины с Россоши.
— А что, о ее пропаже так никто и не заявил? — удивился Андрей.
— Нет. Глухо, как в танке.
— Странно. — Андрей встал, открыл форточку, но, вернувшись к столу, снова полез за сигаретой. — Не знаю, что и делать.
— Что такое?
— У меня все в разгоне. Колесников и Пушков пашут по убийству Иванова, Зудов ведет Машку с Кривым, ты по этому маньяку. А тут еще одно дело свалилось на голову. Сареседзинов пропал, Рафик, и очень похоже, что его грохнули.
Юрий присвистнул.
— Ого, за что это его?
— Ну, богатеньких всегда есть за что. Я одного не понимаю,
