Охотник

нас там ждали. Десятки зомби и скелетонов атаковали нас. Потеряв шестнадцать человек, я приказал отступить и возвращаться в Белгор.
Молчание.
Потерянный взгляд Арна. Оставить в погани Дуняшу и волчиц. Несмотря на потери, стража наверняка рвалась в бой. Он приказал отступить. Молодец. Все сделал правильно. Стражники Белгора – лучшие воины королевства, но внутри они – мясо.
– Через пятнадцать минут, – начал Яг Топор, – у комплекса было несколько команд и одиночек. Я тоже там был. Мы пытались зайти с других входов, но не смогли.
– Кто? – глухо спросил я.
– Айрт, Сунир, Грайд, Конас, Райт, Жарил, Вист, Сипак, Донак Черный. Как старший мастер, я приказал отступить и вернуться в город. Близился вечер, и измененные могли усилить натиск.
Я молча застонал. Девять братьев. Восемь охотников и мастер. Конаса я знал. С остальными общался на уровне «привет, пока». Шестнадцать стражников. Двадцать пять отличных парней. Гнилые в Белгоре не задерживаются. Не тот город. «…Измененные могли усилить натиск. Близился вечер…» Я понимал, что скрывается за этими словами. Невероятный по напряжению и отчаянности бой. Охотников атаковали с двух сторон. Из погани лезли твари, а в спину били измененные. Охотники вступили в открытый бой. Они сделали то, за что всегда презирали смертников. Охотники нарушили свое основополагающее правило. Девять погибло, а сколько было ранено и искалечено. Как потом они в темноте пробивались к городу? Это была бойня.
Это сделал талантливый организатор. Это сделал герцог. Организовал похищение в последний день и засаду в погани. План удался. Блестящий план. За один день погибло больше охотников, чем за прошлый год. Как жаль, что ты умер. Как жаль. Я не ошибался насчет нескольких команд. Герцог ударил со всех сторон. Две команды были нейтрализованы – островитяне и люди маркиза, – но одна осталась. Собрали информацию об охотнике Владе и похитили волчиц. Похитили Дуняшу. Похитили через пару дней после смерти организатора. Двойной удар. Похитили охотников, как планировала эта тварь, и похитили моих близких. Двойная боль. Сволочь. Будь ты проклят Проклятым.
– На следующее утро, – продолжил Яг, – несколько мастеров-одиночек спустились в тот комплекс. Никого не нашли, хотя обыскали все до четвертого уровня. Дальше не имело смысла. Никаких следов, не нашли даже тел. Крови волчиц у нас не было. Да если бы и была, то в погани от нее мало проку. Девчонки пропали.
Боже, как больно. Когда охотники ставили Белгор на уши, я принимал поздравления от мастеров и зевак. Ловил восхищенные взгляды соратников по штурму замка баронета, а в это время девчонок перекидывали через стену. Когда мои братья и стражники обнаружили след, я сидел у герцогини, а Кар отправлял сообщение. Всего несколько слов заставили охотников в Бренне завыть от горя и ярости. Несколько слов превратили победу в разгром. «Арна Черная, Лира, Ната, Мори, Иса, Евдокия пропали в погани. Похищены».
Невероятная скачка к порталу. Мы поили коней эликсиром жизни и опять вскакивали в седла. Портал – и вновь скачка. Путь в Белгор, занимающий четыре дня, был проделан за два. Дальние окрестности Белгора встретили нас редкими измененными тварями. Пару их атак мы восприняли с радостью. Пушок, чувствуя мое состояние, совсем обезумел. Все это время во мне теплилась надежда. Дикая, исступленная надежда. Чудовищная для меня год назад надежда. Они погибли, шептал я себе. Просто погибли. Слишком хорошо я знал, что происходит с женщинами, специально привезенными в погань. Я понимал весь ужас Литы, погибшей год назад. Есть у охотников и стражников Белгора одно правило. Встретил черный караван и не можешь помочь – убей женщин. Избавь их от предстоящего ужаса. Волчицам в погани при встрече с тварями грозила просто смерть. Но шанс нарваться на хозяина был всегда. Ими восхищались, их любили и берегли. Никогда гильдия не давала Арне и ее команде разрешения на посещение уровней, где могли находиться хозяева погани. Дикая смесь демона и человека. Надежды теперь нет. Заканчивались третьи сутки, как они пропали. Все.
– Где Матвей? – спросил я.
– В погани с остальными, – ответил Яг. – Скоро должен вернуться.
Скоро вечер, и твари проснутся. Охотники опять изменили своему правилу. Спящих тварей можно не заметить и попасть в трудную ситуацию, но так легче найти девчонок. Гораздо легче.
– Кар у себя?
– Да.
Я встал из-за стола и вышел на улицу. Боль и ненависть не ушли. Я просто запер их в комнату и закрыл дверь. Будет время, и я вновь позволю им вырваться. Но не сейчас. Не люблю незавершенных дел. А с тобой, верховая сука, я посчитаюсь. Это стало очень личным. Зря ты это сделал. Я шел к площади и ловил на себе сочувственные