Охотник

не прогуливаться по городу без сопровождения стражи, моих людей или людей отца Анера.
– Магистр Кар, – удивленно поднял бровь отец Эстор, – как это понимать?
– Как хотите, отец Эстор. Прошло всего три дня. Люди не успокоились. Они знают, что церковь состоит не только из одних выродков.
Лица приезжих дернулись, а отец Анер грустно усмехнулся.
– Они понимают это умом. Все это понимают разумом. Но что они чувствуют сердцем? Что они могут чувствовать, когда, вырвавшись из тяжелейшего боя, они узнали о случившемся? Что?
Молчание.
– Что будет дальше со спасенными? – поинтересовался отец Илас.
– Они находятся у меня в храме. Церковь никогда не имела практики в подобных делах. Мы постоянно наблюдаем за их состоянием и отслеживаем тьму, которая время от времени в них появляется. Да и душевное здоровье у них подорвано. Все, что им сейчас нужно, – это только покой и участие. Из моей паствы никто их не потревожит и не обидит. Наоборот, я прошу людей замечать девушек, когда они выходят на службу. Они не должны чувствовать себя отверженными. А слуги Падшего… Храм Создателя – это последнее место в Белгоре, куда могут проникнуть слуги Темного. А если все же попытаются… – Отец Анер совсем не по-доброму ощерился.
– Престол наместника Создателя полностью доверяет вам в подобных делах, – склонил голову отец Илас. – Ни у кого другого нет такого опыта борьбы с порождениями Проклятого, как у вас. Если вам что-нибудь будет нужно, вы всегда можете получить желаемое.
– Отец Анер, – обратился к нему отец Эстор, – я бы попросил вас…
– Да, присылай своих людей, Эстор. Я не настолько стар, чтобы забыть об увлечениях вашего ордена. Если у тебя есть пара обходительных, не лезущих в душу, умеющих располагать к себе женщин, то я их с удовольствием приму. Именно женщин, Эстор. Никаких мужчин.
– Я понял, отец Анер.

– Будешь?
– Давай.
Матвей разлил вино по кубкам. Я оглядел пустой зал. Нескоро я снова буду здесь. Очень нескоро.
– Когда уезжаешь?
– Завтра. Керин обещал все подготовить к сегодняшнему вечеру – значит, завтра.
Мы выпили великолепное вино, но грусть не проходила. Зал был пуст. Все охотники очищали юго-западный комплекс. Когда еще представится такой случай. Гибель шестерых хозяев погани нарушила заведенный ими порядок. Сейчас там хаос. А я? Что я. Закончился очередной этап в моей жизни.
Как я этого не хотел. Я буду скучать по Белгору. И если все у меня получится, то с удовольствием приеду сюда. Мне будет не хватать этого города.
– В княжество едешь, понимаю. Я знаю твою привычку не оставлять нерешенных дел. А куда потом? Ты ведь не вернешься сюда.
Я и не думал, что смогу провести Матвея. Да и не хотел его обманывать. Смысл?
– Ты прав. Не вернусь. На меня столько свалилось, что лучшим выходом будет мой отъезд. Надо решить все вопросы с Коларом, думать о моем дальнейшем изучении магии. С островитянами, свалившимися мне на голову, тоже нужно решать. Последний поход в погань вообще превратил нашу команду в местных идолов. Цену славы я уже узнал и не хочу больше за нее платить жизнями близких.
– У вас же все получилось. Освободили девушек, прикончили шестерых хозяев. Это вообще случилось в первый раз за всю историю погани. Теперь в ней будет гораздо легче работать. А то, что не смогли спасти всех… Ну попался вам этот сумасшедший церковник. Ты и за это себя винить будешь? Опомнись! Вы спасли двух девчонок. Двух. Так на это нужно смотреть, а не переживать из-за четверых погибших. И дело не в том, что Дуняша жива. Да, она моя дочь, но то же самое я бы говорил тебе, и если бы она погибла. Вы спасли двух, а не потеряли четверых.
– Матвей, я все понимаю. Все. Но так сложилось, что мой отъезд будет лучшим решением всех проблем. Лучшим. Я уеду туда, где никто меня не знает. Со мной будут Колар и островитяне. Я уже сделал размен владений с сэром Деем. Махнулись деревушками не глядя. Теперь я не барон Вира, а барон Стока. У инспектора оказалась деревушка в Пограничье. Метка погани постепенно сойдет. Где я буду находиться, знаете только ты, инспектор и Кар. Имя я менять не буду, оно довольно распространенное. Все. Я строю свою жизнь, и никто мне не будет мешать. Ни восторженные юнцы, которые приедут в Белгор после следующего вздоха. Как же. Вот один из тех, кто убил шестерых хозяев. Ни слуги Падшего. Они меня найти не смогут. Никто не сможет.
– И никто не будет тебе бросаться на шею после возвращения из погани. Ни волчицы, ни Дуняша. Ты будешь приходить, а тебя буду встречать только я. Ведь это главная причина. Остальные решаемы.
Что сказать. Матвей полностью прав. Я ведь этого подсознательно боялся, когда возвращался в Белгор. Поэтому и отослал номеров.