Мир… Мир, который не так давно сотрясали войны могущественных магов, желавших обрести божественное величие и власть. Мир, который поднимается из руин. Время надежд на покой и процветание. Прекрасное время для того, чтобы жить спокойно и счастливо. Вот только не могут мятежные души обрести в таком мире покой.
Авторы: Буревой Андрей
мастер, но, увидев, что мы серьезны, охнул и, хлопнув от избытка чувств себя по ногам, начал меня поздравлять. А, чуть угомонившись, пригрозил пальцем: – Ток ты не забывай, твоя милость, дружину обещался у меня снаряжать!
– Да помню, помню, – рассмеялся я и протянул ему свой клинок. – Но пока мне бы ножны к этому мечу смастерить. Возьмешься?
– Да дело нехитрое, – уверил меня Гедрин. – Сделаем в лучшем виде.
– В лучшем не нужно, – отказался я. – Простые ножны требуются, без изысков. Хвастать богатой отделкой меча я все равно не собираюсь. Так только, чтобы ходить по улицам с оружием, а то идешь без меча и ощущаешь себя голым. – И тут же вспомнил еще одну вещь: – Заодно кинжал бы мне, а лучше практичный походный нож для мелких надобностей.
– Так этого добра у меня сколько хочешь, – указал на заложенный ножами прилавок Гедрин. – Выбирай, какой пожелаешь. – И предложил: – Да и рапиру вот возьми на время, пока ножны будут готовы.
Выбрав себе удобно легший в руку небольшой нож с односторонней заточкой, я расплатился и закрепил свою покупку на поясе. Кожаные ножны имели очень удобные ремешки в двух местах, позволяющие расположить нож на ремне горизонтально, и оттого мое приобретение совершенно не мешалось и не болталось в движении. Словно нарост возник на поясе, немного утолстив его.
А вот рапира доставила массу хлопот – приходилось постоянно придерживать ее одной рукой. Просто беда, а не оружие. Но нужно привыкнуть ее носить, так как добытый в покинутом городе меч имеет схожую с рапирой форму и крепится на поясе. Так что, скорее всего, мне придется еще довольно долго мириться с неудобствами – ведь магического оружия получше в данный момент не достать. Денег на чтото другое, считай, и нет. Разве только попробовать выменять свою добычу на чтонибудь поудобнее и попривычнее у Савора… Но сначала нужно разобраться с магической составляющей клинка.
Покончив с делами, мы отправились на постоялый двор, где расположились в снятой мною комнате, дабы не греть лишние уши рассказами о моей насыщенной жизни, и за вином просидели чуть не до полуночи. Не упивались, конечно, так, потягивали изредка по глоткудругому, чтобы горло не пересыхало да слова ладно складывались. Стоун только охать и ахать успевал, слушая меня, ибо приключений на мою долю выпало такое количество, что не всякий баснописец сможет выдумать так много завлекательных историй.
В общем, потешил я своего друга. И раззадорил открывающимися возможностями. Для того ведь и старался расписать все покрасочнее. А уже на следующий день, рассчитывая на то, что коечто из моего рассказа запало Стоуну в голову, я подступился к серьезным вещам.
– Стоун, ты пойми, – втолковывал я десятнику, – мне не нужно сразу много людей. Хватит нескольких. Но таких, чтобы им можно было доверить свою жизнь. Которые не предадут и не обманут. И чтобы имели разумение, так как дальше им предстоит управлять другими людьми. То есть, нужны такие, как ты.
– Да ято что? – отмахнулся Стоун.
– Да то, что ты самый подходящий человек для меня. К тебе доверие есть, а это главное. И зову же я тебя не в разбойничью шайку. Ты сам посуди, ну чего ты добьешься в Тарине? Пусть станешь сотником, но что с того? А у меня и до тысячника дорасти сможешь.
Тут Стоун поперхнулся вином и закашлялся. Видимо, ошалев от такого предложения, забыл, что отпитое вино нужно проглотить.
– Или возглавишь городскую стражу, – продолжил я, – если тебе не по душе дела дружинные. Я ведь не смыслю в том, как обеспечить спокойствие и безопасность горожан да всяким темным людишкам укорот дать, а ты в этом деле разбираешься. И будешь жить в почете и уважении. У меня ведь городская стража действительно людей защищать будет, а не ерундой заниматься. Оттого и отношение будет иное. Как к защитнику, а не как к неизбежному злу городских улиц, что может обобрать еще похлеще карманников. Тебе самому жить легче будет от осознания, что жизнь твоя не попусту растрачивается, а на доброе дело идет. К тому же, – добавил я, усмехнувшись, – есть еще коечто…
– Что? – не удержался от вопроса Стоун.
– Девицы в Элории куда как предприимчивей будут, – с ухмылкой поведал я. – Быстро тебя к рукам приберут. Не дадут сидеть холостяком.
– Тут ты меня уел, – рассмеялся Стоун. – Не ожидал я такой подначки. – И, отсмеявшись, серьезно сказал: – Все, что ты говоришь, Дарт, с одной стороны, конечно, заманчиво… Но с другой… Жить, почитай, в логове демонов…
– Стоун, я не говорю, что все просто и никакой опасности нет, – перебил я. – Но это реальная возможность добиться чегото в жизни добрым делом. А демоны… Честно тебе скажу, за время моих странствий я утратил иллюзию относительно жутких и безумно опасных чудовищ, обитающих в пустошах.
