Охотник на отморозков

чего-то не понял? Про какие такие комбинатовские передряги говорил твой отец, если мне говорили, что Денис погиб по нелепой случайности. Что-то вы не договариваете все. А что вы не договариваете?
Лиза случайно уронила тарелку в раковине. Постояла с полминуты молча, глядя на то, как течет вода и крутила в руках «ежик» для мытья посуды. Шершень терпеливо ждал. Наконец девушка повернулась к нему и спросила:
— А зачем тебе все это знать?
— Ну, знаешь, Лиза, Денис был мой единственный друг еще со школы. Мы с ним, как братья были. Вместе росли, школу вместе закончили. И вот я приезжаю к нему на свадьбу, а попадаю на поминки. Согласись, я имею право знать правду о его смерти.
— Эта правда опасная. Для тех, кто ее знает…
— Лиза, не надо пафоса, — сказал Шершень, — говори по существу.
— Причем тут пафос? — спросила Лиза. — Просто Денис кому-то сильно мешал!
— Выходит, его не случайно убили, а преднамеренно. Так или не так?
— Ну, так, — согласилась Лиза, — но тебе-то все это зачем? Тебе, я говорю, лучше не знать этой истории. Ты все равно завтра уедешь, а послезавтра забудешь, что тут у нас был.
— Лиза, я просто хочу знать все, что случилось, — попросил Шершень, — тем более, что я завтра уеду, как ты говоришь, а может быть погощу в вашем городе. Милиция ваша пока что моих вещей не нашла. А они мне нужны! Так что, придется немножко задержаться и погостить в вашем «милом» городе. Рассказывай…
— Ну, хорошо, — согласилась девушка, — я тебе расскажу, но ты дашь мне обещание не болтать об этом даже там, где ты живешь. Потому что если они узнают, что мы в курсе, то у всей нашей семьи будут большие неприятности.
Шершень не торопил Лизу, он понимал, что все это предисловие и только кивком пообещал ей молчать. Она закрутила воду в кране и села напротив Шершня. Лиза была еще симпатичней в своем простом домашнем халатике, который облегал ее ладную фигурку.
— Денис работал у Барина, — начала Лиза.
— У какого такого Барина, — не понял Шершень, — у вас тут что, крепостное право?
— Почти, что так, — согласилась Лиза и объяснила, — Барин, это директор нашего комбината, его так в народе зовут. Он и, правда, на барина похож. Высокий, крупный, борода лопатой. Так вот, в начале девяностых, когда вся эта неразбериха в стране была, а я в садик еще ходила, Барин успел при приватизации по бросовой цене акции скупить треть акций всего комбината. А потом начал и весь город, как паук захватывать. Разворачивался медленно, но верно. Сначала подмял под себя все магазины. Потом скупил милицию и прочие структуры. Везде своих людей насажал. Ничем не брезговал, чтобы до власти добраться. А когда погиб в автокатастрофе прежний директор комбината, занял его место. И стал монополистом в городе. И началось. Зарплату он платит народу маленькую, а все равно все, кто работают в комбинате за места держаться, потому что мест, куда можно работать пойти, в городе больше нет. Все в его руках. Провинился перед Барином и можешь вешаться, потому что, если уехать отсюда насовсем некуда, то сдохнешь от голода или сопьешься. Народ от безысходности злой, безденежный, оттого у нас и творится все это безобразие на улице.
— Я не пойму, почему этому Барину не навести порядок в своем городе, — спросил Шершень, — ему-то какой прок оттого, что у вас тут, как в Гарлеме.
— А чтобы все боялись, — ответила Лиза, — Барин говорит, что у меня, мол, это быдло и за сто рублей в месяц пахать будет, потому что деться им некуда! А сам жадный, за копейку удавится, кровь сосет из народа, типичный капиталист по Марксу.
— Ты и Маркса читала? — спросил Шершень.
— Я много читаю, — ответила Лиза, — потому, что хочу вырваться отсюда, а чтобы где-то приткнуться, надо многое знать и уметь.
— Погоди, — не понял Шершень, — Барин, Барином, а Денис-то тут при чем?
— Вот, я и говорю, — продолжила Лиза, — Денис работал у Барина юристом, а поскольку парень был толковый, то двигался по служебной лестнице вверх быстро. И вот в один момент, не знаю как, получил он доступ к документам, которые Барин сильно прятал. Но эти факты, которые Денис случайно раскопал, были совсем маленькой частью того «айсберга», который был скрыт от посторонних глаз. И Денис из интереса стал дальше копать. Почти два года медленно, по крупицам он собирал материал на Барина. Там, я тебе скажу, такое открылось!
Лиза перешла на шепот и наклонилась поближе к Шершню.
— Оказалось, что прежнего директора сам Барин убрал. Подстроил всю эту автокатастрофу, чтобы самому в его кресло сесть. А еще был у нас тут в городе один мелкий Аль Капоне. Так, ларечников данью облагал, магазины, терки уголовные разбирал. И в один из вечеров его застрелили в родном подъезде. Наглухо.