Охотник на отморозков

с прицела ружья Глушителя. В комнату ввалился связанный Чемодан с окровавленным носом, а следом за ним Лиза с длинным багром красного цвета в руках.
— Иди, иди, — сказала она, — а то заколю насмерть.
— Ты, чего, Лиза, — спросил Шершень, — я же просил тебя в машине подождать.
— Там холодно, — возмутилась Лиза, — и этот еще очнулся и стал ползать. Пришлось пожарный багор снимать и сюда его вести под конвоем. Он на меня матом ругался и хотел пнуть.
— А ты что? — спросил Шершень.
— Я убежала, туда, где пожарный ящик стоит и щит, — ответила Лиза, — он за мной, я горсть песка зачерпнула из ящика и кинула ему в лицо. Пока он проморгался, я багор сняла и сюда его тащила за шиворот.
Шершень улыбнулся и покачал головой — Лиза давала жару.
— Что это Степа, а? — подал хриплый голос Чемодан. — Я не понял, что это за козел с ружьем и эта сука?
— Сейчас поймешь, — сказал Шершень.
Он шагнул два шага навстречу Чемодану, тот отпрянул, но увернуться не успел — Шершень ударом приклада в лоб свалил сторожа. Тот грохнулся на мягкий диван, сполз с него и впал в состояние оцепенения. Глушитель дернулся было, но Шершень погрозил ему стволом двухстволки и Глушитель снова присел на стул.
— Он своими вопросами мешал бы нам с тобой Степа беседовать, — пояснил свой поступок Шершень, — присаживайся Лиза, погрейся, мы договорим и сейчас уже поедем. Итак, Степан Петрович, продолжим нашу беседу?
— Чаю хочу, — неожиданно сказал Глушитель, — пусть вон она сделает!
— Обойдешься, — ответил Шершень.
— Ты че? Я же заболею! — завопил Глушитель.
— Зря ты Степа о своем здоровье заботишься, — ответил ему Шершень, — жить-то тебе осталось, может, всего пять минут. Все зависит от того, как ты будешь на мои вопросы отвечать! Так что заткнись про чай и отвечай! Видишь, даже стихи получились!
Глушитель скрипнул зубами и покосился на дуло двустволки. В это время Шершень нажал на запись и спросил:
— Мне помнится, когда мы закончили, ты сказал, что это Барин заказал тебе убить Дениса Шарандо?
— Я не говорил этого, — помотал головой Глушитель.
— Но ведь это так? — спросил снова Шершень.
— Я не знаю, — грубо ответил Глушитель.
Похоже, он слегка согрелся, забылся и страх к холодной речной воде напрочь потерял.
— Все, мне эта комедия надоела, — решительно произнес Шершень, — отвернись, Лиза, Степан Петрович сейчас пойдет купаться. Скидывай плед, Глушитель, будем закаляться!
Перспектива снова оказаться в голом виде на морозе не обрадовала Глушителя. Он бесился внутри себя, но содеять ничего не мог. Согревала мысль, что когда-нибудь он доберется до этой парочки и тогда что он с ними сделает! Он даже не знает пока, что он с ними сделает, но это будет ужасно!
— Черт с тобой, — быстро согласился Глушитель, — расскажу… да, это Барин, заказал этого юриста.
— Зачем?
— Да, откуда мне знать? — возмутился Глушитель. — Я вопросов лишних не задаю, мне сказали грохнуть, я все сделал, как было сказано. А зачем его грохнули, почему, это не мое дело!
— Теперь рассказывай, как вы алкаша подставили и бабку-лжесвидетельницу в это дело втянули. Все по порядку рассказывай! Ведь вам ноутбук Дениса нужен был?
— Мы ноутбук сразу и забрали, после того, как Д’Артаньян его подсадил на нож.
— Кто это мы?
— Я и мои ребята, — ответил Глушитель.
— «Бультерьеры»? — уточнил Шершень.
— Да, — согласился Степа, — Шарандо в тот день Барин специально задержал на работе, чтобы мы того алкаша до беспамятства напоили. Его Тамерлан споил. Тот падкий на халяву был, вот и стал пить с Тамерланом. А сам он, этот алкаш вообще в тот день из дома не выходил. А когда Д’Артаньян Шарандо резанул, ноутбук взял с собой и передал мне в лично руки. А мы потом алкашу другой ноутбук подкинули пустой.
— То есть Барина интересовал именно ноутбук?
— Выходит, что так, — ответил Глушитель.
— А потом твои бойцы взломали квартиру, где жил Денис и искали там информацию, которую накопал Денис?
— Не хрен ему было совать нос, куда не следует! — с раздражением ответил Глушитель.
— Все, хватит звукозаписи, — сказал Шершень и остановил магнитофон.
Перемотал чуть-чуть, включил и убедился в том, что все, о чем они говорили, записалось. Потом открыл магнитофон, достал оттуда кассету и положил к себе в карман.
— Ну, и что ты будешь делать с этой записью? — с издевкой спросил Глушитель. — В милицию понесешь?
— А что ты милиции не боишься?
— Чувак, зря ты все это затеял, — сказал Глушитель, — даже если и дойдет до суда, в чем я сильно сомневаюсь, я ведь откажусь от этих слов, скажу, что ты меня под дулом ружья заставил