Старые проблемы, древние споры и войны. А как же иначе, ведь мир, в котором мы живём, не что иное, как Чистилище, где рядом с обычными людьми живут те, которых называют «Охотники на Ведьм». Наказанные за грехи прошлых жизней, у них нет права на выбор, у них не права на сомнения. Есть только цель, ради которой, они готовы на многое. Кто знает, вдруг ты один из них? Через какую боль готов пройти, ради искупления своих грехов?
Авторы: Негатин Игорь Якубович, Локамп Пауль
чтобы какой-то придурок, решивший меня ограбить, от четырех или пяти пуль превратился в пыль…
Передо мной на земле лежала пустая оболочка, точнее, человеческая одежда, из которой оползал прах. Прах или может, пепел — не знаю, как назвать эту субстанцию с затхлым запахом, словно посередине вечернего парка распахнули дверь в подземелье или открыли старинный сундук, простоявший на чердаке не одну сотню лет.
Я тихо сполз на землю и только усилием воли заставил себя осмотреться вокруг. Пусто. Все так же шумели кроны старых деревьев, которые на своем веку видели многое, пряча в глубине своих дубрав ошметья памяти. Интересно, а такое они видели когда-нибудь?!! То, что поместилось бы в ведерко из-под шампанского, вздумай кто-нибудь собрать эту пыль… Отряхнулся и поднес к глазам левую руку, чтобы посмотреть на часы, но который сейчас час, так и не увидел, — мой взгляд приковал к себе перстень, а точнее — камень на нем. Он светился, каким-то живым свечением, а белые прожилки фарфора, казалось, двигались, кружась и переплетаясь, распадаясь на части в каком-то хаотичном движении, создавая неясные для меня образы…
Как добрался домой — не знаю; очнулся только у самого подъезда, крепко сжимая в кулаке отстрелянные в парке гильзы, даже как их в потемках собирал, не помню. Сбросил одежду на пол и долго мылся, словно пытался избавиться от воспоминаний о случившемся. Когда после ванны уселся на кухне и закурил, то Тишка, будто чувствуя мое состояние, залез на колени и заснул. Ситуация в голове не укладывалась, не может такого быть. Что значит, почему?! Потому, что так не бывает! Если конечно не сошел с ума и не отравился грибами в ресторане. Но там, в парке, тень, несущаяся вскачь, этот безглазый упырь, тянущий ко мне руки… Ведь я его убил, но где тогда тело?!
Наутро, наверное впервые за много лет, опоздал на работу.
— Шарунас, я в отпуск хочу…
— Давно пора, — если он и удивился, то виду не подал, — когда последний раз отдыхал?
— Лет пять назад, а может, шесть, не помню.
— У тебя все нормально? Бледный, какой-то. Часом не заболел?
— Да нет, просто устал, наверное, отдохну — и все будет в норме. Так что с отпуском?
— Не вопрос, — он пожал плечами, — когда хочешь уйти?
— Сегодня…
Шарунас удивленно дернул бровью и спросил.
— Сашка, у тебя правда все в порядке? Может, помощь какая-нибудь нужна, деньги?
— Нет, — я покачал головой, — только отпуск. Неделя, не больше…
Когда, разбросав свои дела по коллегам, вышел из конторы, то на ступеньках здания столкнулся с Робертом Бергом, который шел в наш магазин.
— Привет, Сашка.
— Здравствуй, — я кивнул и попытался улыбнуться. С клиентами надо быть вежливыми, а тем более с постоянными. — Как винтовка, доволен?
— Естественно! Прелесть, а не машина. Ты чего такой смурной, с шефом поругался?
— Да нет, устал немного, в отпуск собираюсь.
— Так радуйся, что отдохнешь. Мы с Айваром, уже забыли, когда отдыхали — и то ничего, не унываем, собираемся в новое здание переселяться.
— Куда именно?
— В новую стекляшку, около Дайнавос поликлиники.
— Хорошее место, — я машинально кивнул, но вдруг опомнился. — Слушай, Роберт, дело к тебе есть. Мне тут вещь одну подарили, хотел бы узнать, что о ней думаешь.
— Показывай, что за вещь?
— Вот, — достал из кармана и подал ему перстень, который после вчерашнего случая не рискнул надеть на палец.
— Хм, — Роберт достал из кармана увеличительное стекло, которое постоянно носил с собой. — Интересная вещица. Я, конечно, не ювелир, но вот этот узор — из тех, которые называют жаккардовым. Его упрощенную версию, если так можно выразиться, в наше время любят вязальщицы, но вообще это норвежские народные мотивы. Ты что, в Конгсберге был?
— Где?
— Да нет, просто идейка одна мелькнула. Орнамент норвежский, серебро. Там в свое время серебро добывали, вот и подумал, что может быть оттуда. А что за камень?
— Крымский сердолик.
— Смотри ты мне, — удивился он, возвращая мне перстень, — а кто подарил?
— Да так, клиент один, — не рассказывать же ему про стрельбу в пятницу.
— Клиент, говоришь, — он немного подумал. — Сашка, избавься ты от этого кольца, ну их на фиг, такие подарки! С чужими кольцами можно такое на душу принять, не обрадуешься. Продай от греха подальше — и отдыхай, а то на тебе лица нет.
— Ладно, спасибо за консультацию.
— Не за что! Съезди лучше в Середжяй, постреляй, развеешься.
Перстень, перстень… Нет, не может быть, чтобы из-за него начались галлюцинации, причем такие яркие, чтобы я контроль потерял и стрелять начал. Мне доводилось читать про разные проклятые кольца и украшения, но все эти мистические истории больше подходят
