Старые проблемы, древние споры и войны. А как же иначе, ведь мир, в котором мы живём, не что иное, как Чистилище, где рядом с обычными людьми живут те, которых называют «Охотники на Ведьм». Наказанные за грехи прошлых жизней, у них нет права на выбор, у них не права на сомнения. Есть только цель, ради которой, они готовы на многое. Кто знает, вдруг ты один из них? Через какую боль готов пройти, ради искупления своих грехов?
Авторы: Негатин Игорь Якубович, Локамп Пауль
— не люблю, когда меня трогают.
— Успокойтесь, Петр Васильевич! Зря вы горячитесь, ей-Богу! И черта поминать не надо, не к добру это. Если все, то я, пожалуй, пойду.
— Раньше ты называл меня Авгуром, — покачал головой он.
— Раньше? — я пожал плечами. — Может… Не помню…
Я положил на столик несколько монет за кофе и, прихрамывая, ушел. Навстречу попалась женщина, которая просто светилась от удовольствия. Посмотрев на трость, которая не подходила по стилю к моей одежде, она попыталась усмехнуться, но, натолкнувшись на мой взгляд, испуганно дернулась в сторону. Словно от прокаженного.
Странный он, этот Петр Васильевич. Пытается решить проблему, которой на самом деле не существует. Так много слов — и ни одного по делу. Хотя, может, в чем-то он и прав. Раньше я бы, наверное, не спал ночами, думал о прошлом и переживал. Сейчас… А есть ли хоть капелька смысла в поиске среди всей пустоты мира? Это же смешно — искать кусочек рая в Чистилище. Глупо и бессмысленно. Людям иногда может показаться, что они обрели счастье. Может возникнуть такое чувство, не спорю. Правда, оно придет на короткий срок, с одной целью — чтобы немного позже человек еще острее почувствовал боль. А передышку нам дают, чтобы человек не смог привыкнуть к ударам, чтобы знал свое место в этом Аду. Знай свое место, тварь!
В руку уткнулся холодный нос Бакса. Мол — ты чего грустишь, хозяин? Гляди, какую я палку нашел! Пошли побегаем, смотри, какая погода прекрасная!
— Да, ты прав, Малыш, погода и правда прелесть, — я аккуратно вычистил пепел из трубки и убрал ее в карман ветровки.
Осень — это прекрасное время. Прогуливаясь, мы дошли до окраины парка, где на небольшой площадке оставил машину. Бакс, неугомонная душа, наверное, еще и не устал — носился вокруг меня кругами, мелькая между деревьями, словно черно-рыжая молния. Неожиданно раздался женский крик. Дьявол! По-моему, разыгравшийся Бакс кого-то нечаянно напугал. Этого мне еще не хватало для полного счастья! Прихрамывая, я поспешил к густым зарослям кустарника неизвестного вида. С узкими листьями, окрашенными в багрянец, словно кто-то выплеснул на куст банку красной краски.
— Бакс! Ко мне!
Пес метнулся навстречу, продираясь сквозь тонкие ветки. Подбежал со счастливым выражением морды и, высунув язык, уселся рядом, ожидая награду за быстрое выполнение команды.
— Умница, — я потрепал его по холке и дал кусочек твердого сыра. За сыр он был готов выполнить любую команду со скоростью ветра. — Обжора эдакий, ты кого там напугал?
Сразу за кустами на небольшом асфальтированном пятачке стояло несколько деревянных, потемневших от времени скамеек. Смотри ты мне — даже и не знал, что они здесь есть. На одной с испуганным выражением лица сидела молодая девушка, прижимая книжку к груди.
— Извините ради Бога, — сказал я, — Вас, наверное, напугал мой пес. Он, видите ли, совсем молодой, энергии много, а ума еще не набрал. Вы уж не сердитесь на него.
— Нет, ничего, просто это было так неожиданно, он так быстро выскочил из кустов, — девушка посмотрела на меня и вдруг слегка прищурилась, словно пытаясь что-то вспомнить.
— Еще раз извините. Бакс, пошли домой, — я кивнул и повернул обратно к дорожке. Черт, рванул, называется! Сто процентов — рана кровоточить начнет, зараза эдакая. Прихрамывая сильнее обычного, я выбрался на тропинку.
— Давай-ка я тебя на поводок возьму, Малыш! Видишь, здесь люди гуляют, — я защелкнул карабин на его ошейнике и, тяжело опираясь на трость, прошел несколько десятков метров, но вдруг услышал, как меня окликнули.
— Подождите пожалуйста!
Я повернулся. Да, так и есть — меня догоняла та самая девушка с книжкой. Ее волосы, отливавшие янтарем, вспыхивали в лучах осеннего солнца, будто она был объята пламенем. Бакс увидел приближающегося человека и навострил уши. Правильно, Малыш, контролируй всех, мало ли что у нее на уме. Сейчас, наверное, нотацию начнет читать — за собаку без намордника. Послушаем, — я вздохнул, — по большому счету она права. Расслабился.
— Извините, но у вас на брюках кровь. У вас травма? Я могу вам чем-то помочь?
Да, так и есть — чуть выше набедренного кармана расплылось небольшое бурое пятно. Опять, наверное, повязка съехала, да я еще пробежался, вот и разбередил рану.
— Нет, спасибо, — я улыбнулся, — это мелочь. Доберусь до дома — перевяжу.
— Вы меня не помните? — она растерянно улыбнулась. — Какие вы забывчивые, больные…
— Больные? — я посмотрел на нее внимательно.
Ну да, конечно! Медичка, которая штопала мне спину после заварушки с оборотнем. Эка меня накрыло последнее время, если такую девушку не узнал. Как же ее звали, дай Бог памяти? Наташа? Точно, Наталья. Натали…
— Конечно,
