Старые проблемы, древние споры и войны. А как же иначе, ведь мир, в котором мы живём, не что иное, как Чистилище, где рядом с обычными людьми живут те, которых называют «Охотники на Ведьм». Наказанные за грехи прошлых жизней, у них нет права на выбор, у них не права на сомнения. Есть только цель, ради которой, они готовы на многое. Кто знает, вдруг ты один из них? Через какую боль готов пройти, ради искупления своих грехов?
Авторы: Негатин Игорь Якубович, Локамп Пауль
вопросов и пообещал связаться со мной послезавтра. Помощь по эксфильтрации предложил сразу. Удивился, что я до сих пор не подготовил себе комплект запасных документов, но в случае крайней необходимости взял решение этой проблемы на себя. Нет, рано мне еще на нелегальное положение переходить. Есть несколько дел, которые я обязан закончить. А Ирландец молодец, быстро работает. Сказывается многолетний опыт народа — с бритишами воевать. Или многовековой? Не знаю, как он, а я не чувствую в себе знаний, про которые рассказывал Авгур. Один раз — да, было такое. Когда убегал от ведьмы. Нечто похожее на чужую память, но так коротко, будто я бредил. Единственное, что можно добавить в список приобретенных знаний — так это знания латыни, неожиданно всплывшие в голове. И все, больше никаких чудес, на которые так падки люди, снимающие кино про потусторонние силы. В общем, сил не прибавилось, а вот проблем — сколько хочешь. Час от часу не легче… Стоп! Час от часу… Час… Нет, этого не может быть. Час… Откуда эта разница в час? Нет, погодите, не может быть! Дьявол меня раздери! Я присел на деревянную лавочку, в сквере и медленно достал пачку сигарет. Закурил и, прищуриваясь от блеска снега, попытался разложить по полочкам эту новую картину, которая вставала передо мной во всем своем «великолепии». Какой же я идиот, черт побери! Может, ошибаюсь? Дай-то Бог, но нет, слишком маленькие шансы. Значит, есть только один вариант развития событий. Но в чем смысл — так поступать со мной? Или нет? Не может такого быть. Глупо. Надо думать, просчитывать ситуацию и… Убивать? Своих нет, остались только цели — вроде так звучала эта фраза… Час…
Я в несколько затяжек докурил сигарету и, отбросив окурок, подозвал Бакса. Он подбежал и уселся рядом. Морда в снегу, даже на бровях — и то хлопья снега застряли. Опять в снег нырял, охламон. Я задумчиво рассматривал землю под ногами, пока не почувствовал, как пес, несколько раз ткнулся холодным носом мне в руку. Ну да, конечно, как я забыл — держи. Кусочек сыра исчез в пасти, и Бакс, довольно махнув хвостом, пошел рядом. Домой Бакс, домой! Надо еще несколько вещей успеть.
Вспомнил слова, сказанные отцом: «Если по-настоящему твоя», и улыбнулся. Нет, свои, надеюсь, есть. Очень надеюсь. Да, Наташка стала для меня единственной отдушиной в этой жизни. Маленький человечек, неожиданно ставший родным и близким. Я позвонил ей на следующее утро и предложил встретиться в Дубовой роще. Задуманного сюрприза, правда, не получилось, но мне и так были рады. Знаете — это очень много, когда тебя ждут. И радуются. Очень много. Это необходимо каждому человеку — чувствовать свою нужность. Иначе смысла нет. Даже в Чистилище.
Наташка прибежала на наше место, как всегда, немного опоздав. У женщин это, наверное, в крови заложено — опаздывать. Пусть и на десять минут, но обязательно. Но это, право слово, ерунда. Я смотрел, как она идет мне навстречу, и дух захватывало. Развевающиеся волосы, глаза, улыбка… Казалось, что не идет, а летит, почти не касаясь земли своими стройными ножками. Все проблемы разом ушли куда-то в сторону, падая в небытие никчемности. Что за безделица эти беды, когда тебя ждут…
Я долго размышлял, прежде чем рассказать ей всю эту историю. Даже придумал питерскую фирму, в которой якобы работаю. Мол, как и прежде, занимаюсь торговлей оружием. На правах представителя. Поэтому приходится ездить по Прибалтике — ближней и дальней. Хорош, конечно, «представитель» — с подпиской о невыезде. А когда ее увидел, как ножом отрезало все заготовленные легенды и басни. Я рассказал правду. Про убийство Шарунаса, про то, как потерял работу. Конечно, без упоминания про охоту и прочую чертовщину. Не признаваться же, что нежить на тот свет пачками отправляю. Да и она не поверит — скажет, совсем крыша поехала. Про то, что последние двое суток я просидел в камере, тоже рассказал. Чтобы не было разных недомолвок. Надо сразу объяснить, что за дела творятся вокруг Александра Айдарова. И ей дать возможность подумать и решить, стоит ли начинать серьезные отношения с человеком, над которым висит статья…
Наталья подняла на меня испуганный взгляд. Встревоженно и внимательно смотрела, будто пыталась заглянуть в душу. Смотри, милая, я не закроюсь…
— Но ты же его не убивал? — спросила она.
— Нет, — покачал головой я, — не убивал.
Да, этого человека я оставил живым и почти здоровым. Я не солгал. И ради Бога, только не спроси: «убивал ли я вообще?» Ведь не смогу соврать, отвечу, как есть. Их, упокоенных, уже на маленькое персональное кладбище набралось. Милая, дорогая, любимая, не спрашивай, пожалуйста! Не надо. Не смогу тебе лгать. И выкручиваться не буду. Можно спорить до хрипоты, пытаясь защитить спасительную ложь — благой обман, так часто встречающийся
