Старые проблемы, древние споры и войны. А как же иначе, ведь мир, в котором мы живём, не что иное, как Чистилище, где рядом с обычными людьми живут те, которых называют «Охотники на Ведьм». Наказанные за грехи прошлых жизней, у них нет права на выбор, у них не права на сомнения. Есть только цель, ради которой, они готовы на многое. Кто знает, вдруг ты один из них? Через какую боль готов пройти, ради искупления своих грехов?
Авторы: Негатин Игорь Якубович, Локамп Пауль
столом, болтая ногами, которые не доставали до пола, и кушал пирожное. Весело улыбался и задавал родителям бесчисленное количество вопросов, на которые так щедры дети в этом возрасте. Меня будто током ударило. До сих пор я и предположить не мог, что такое возможно. Нечисть — это взрослые люди. Это ведьмы, это мужчины и женщины! Это оборотни, вампиры, это твари! Но взрослые, а не дети!
Меня отвлек телефонный звонок. Наталья!
— Здравствуй, моя маленькая!
— Привет! — слышно было плохо, видимо, она стояла на улице, — Я соскучилась!
— Я тоже. Когда ты прилетаешь?
— Сегодня вечером, в десять, в Вильнюс. Ты сможешь меня встретить?
— Конечно, что за вопросы? Обязательно, — я улыбнулся и тихо сказал, — я люблю тебя.
— Что? Не слышу!
— Я… Тебя… Люблю…
— Правда не слышу!
— Я тебя люблю! — гаркнул я во все горло. В ответ она рассмеялась.
— Я тебя тоже. Очень, очень… Все, мне пора, до вечера! Жди меня!
Я положил телефон на стол и почувствовал, что на меня смотрят. Поднял глаза и чуть не рассмеялся. Все посетители бара повернулись в мою сторону. Некоторые смотрели с удивлением, но большинство — по-доброму, с улыбкой. Не выдержал, улыбнулся. Подумаешь, крикнул. Ну да, забыл, где нахожусь. Вон, даже внизу, в торговом зале — и то несколько покупателей головы подняли. Пока я разговаривал по телефону, семья с ребенком ушла. У меня, если честно, даже на душе легче стало. Я не был готов к такой охоте. Надо поговорить с О`Фаррелом, узнать, как такое возможно и что делать. А сейчас вперед, за покупками и подарками.
Базиль вернулся из Риги часов в семь. Покупки торговой сети «от Берии» мы сразу спрятали в тайник. Кроме маленького Глока, конечно. Его я брал для постоянного ношения. Да, я знаю, что хожу под подпиской и в любой момент могу быть арестован. Поверьте, если меня арестуют по обвинению в убийстве, то нелегальный пистолет — это такая мелочь, что и говорить не приходится. Мы сидели на кухне и лениво, без всякого аппетита, ужинали. Я — потому, что с нетерпением ожидал Наталью, а Базиль, наверное, просто устал с дороги. Вспоминая сегодняшний день, я упомянул про нежить в теле ребенка.
— Надо было проследить, где живут, и упокоить после праздников, — пожал плечами Базиль. — Подумаешь, невидаль какая. Доводилось видеть варианты и пострашнее.
— Ребенка? — я не верил своим ушам. — Как так можно?
— Можно! — оборвал меня О`Фаррел. — Еще как можно! И нужно! Чтобы потом не пришлось искать эту тварь по всему свету! Чтобы не сойти с ума, наблюдая за делами его рук и зная, что ты мог оборвать его жизнь в самом начале.
Базиль замолчал и несколько раз, медленно, сжал руку в кулак.
— Извини, Алекс, я сорвался. Эта ситуация напомнила мне одну историю. Не из моей жизни, но она мне очень близка.
— Не извиняйся. Расскажи мне эту историю.
— Не надо, — покачал головой он.
— Легче будет…
— Легче, говоришь… — он качнул головой, — может, и будет…. Как я тебе уже сказал, это случилось не со мной. Однажды, в 1850 году, одну женщину взяла к себе в услужение семья британского офицера. У них родился очаровательный малыш, роды были тяжелыми, женщина долго болела. Понадобилась няня, причем опытная. Эта няня, назовем ее, к примеру, Элизабет, согласилась и через несколько дней поселилась в их доме. Знаешь, как это бывает, первые месяцы — самые беспокойные. И вот примерно через полгода она попросила один свободный день — ей надо было навестить своего больного дядю. Достала из маленькой шкатулки перстень, который не надевала все это время, и собралась уходить. В это время малыш заплакал, и Элизабет пришлось подойти к его кроватке.
— Этот ребенок оказался нежитью?
— Да, — кивнул Базиль, — именно так. Элизабет была таким же охотником, как и мы. Убивала нежить, причем не так уж редко — она была сильная духом женщина. Но тут оказалась бессильна. Ребенок, которого она нянчила с рождения, оказался ее «клиентом». Мало того, он оказался нежитью, предназначенной ей судьбой.
— И что было дальше?
— А ничего, — развел руками О`Фаррел. — Поначалу она хотела уйти из этой семьи, но долг охотника призвал ее остаться. Повторю, она была сильной женщиной. Элизабет решила подождать некоторое время и потом, когда мальчик подрастет, упокоить эту тварь. Прошло несколько лет, и вместо няни этой семье понадобилась гувернантка. Пришло ее время, но этот ребенок рос у нее на глазах. Когда он плакал, она его жалела. Лечила ему ссадины и ухаживала, когда болел. Учила ходить. Радовалась первым его шагам и смеялась его проказам. Элизабет не смогла этого сделать…
— Продолжай…
— Она ушла в другую семью, но жила неподалеку. Надеялась, что пройдет время, и она забудет свою привязанность к нему, найдет в себе
