Старые проблемы, древние споры и войны. А как же иначе, ведь мир, в котором мы живём, не что иное, как Чистилище, где рядом с обычными людьми живут те, которых называют «Охотники на Ведьм». Наказанные за грехи прошлых жизней, у них нет права на выбор, у них не права на сомнения. Есть только цель, ради которой, они готовы на многое. Кто знает, вдруг ты один из них? Через какую боль готов пройти, ради искупления своих грехов?
Авторы: Негатин Игорь Якубович, Локамп Пауль
— Есть, — кивнул я и покачал головой, — только с кем воевать — непонятно.
— С кем воевать — время покажет, — сказал он. — Или у тебя есть другие предложения?
— Нет.
— Тогда в чем проблема?
— Не слишком ли самонадеянно, Базиль? Вдвоем — против нелюдей, которые делят Европу, как кусок пирога?
— Отступать некуда, — сказал О`Фаррел и прищурился. — Только одно меня тревожит…
— Что именно, Базиль?
— Александр, подумай хорошо. Ты еще можешь встретить свою нежить. Убить ее и уйти свободным в другие миры, где про Чистилище даже не вспомнишь. Подумай.
— А ты?
— Я обреченный охотник, не забывай этого. Вечный. Мы для того и нужны, чтобы драться даже там, где нет шансов выжить.
— Ну да, — медленно сказал я, — твой испанец уже доказал, своим отказом.
— Я не испанец! — отрезал О`Фаррел. — Я ирландец!
— Извини, Базиль, не хотел тебя обидеть, — тихо сказал я и провел ладонью по скамейке, собирая ладонью снег. Странно — он показался мне теплым, будто лебяжий пух. — Жаль…
— Что именно жаль, Александр?
— Жаль, если я не увижу эти самые миры.
Из глубины сада показался Бакс, несущий в зубах какую-то корягу. Неугомонный зверь! Через несколько секунд стукнуло открывшееся окно, и Вилия (под смех Натальи, звучащий на заднем плане) возмущенно спросила:
— Молодые люди, я, конечно, понимаю, что на улице сидеть приятнее, чем помогать женщинам по хозяйству. Вы не будете так любезны вернуться на кухню? Нам нужна грубая мужская сила!
— Ну вот, — усмехнулся я, — говорил же, что не пройдет и часа, как нас обвинят в безделье?
Повезло с погодой на Рождество — ясная, с легким морозцем и скрипящим под ногами снегом. Для Прибалтики — уже праздник. У нас никто не удивится, если в канун Нового года зарядят проливные дожди. Хоть в этом году дети порадуются — если, конечно, оторвут задницу от компьютеров и выйдут на улицу.
— Базиль такой верующий? — спросила меня Наталья, причесываясь перед зеркалом.
— О`Фаррел? — хмыкнул я, любуясь на ее точеную фигурку, — Не сказал бы, чтобы очень…
— Он так рвался ехать с Вилей в костел на утреннюю службу!
— Его желание к вере отношения не имеет. Просто он не дурак и понимает, — усмехнувшись, сказал я, — что человеку, особенно в моем почтенном возрасте, спальни может быть недостаточно. Все-таки я уже довольно стар, мне уже не восемнадцать лет. И даже не двадцать пять. Если отбросить ложную скромность, даже не тридцать. Словом, трудно каждый раз по лестнице подниматься, а удержаться от соблазна — еще труднее. Вот и приходится использовать все удобные места. Включая кухню, библиотеку и ванную.
— Дурак! — она притворно возмутилась и очень натурально покраснела. — Ты родителям сегодня звонил?
— Конечно, — кивнул я, — мы с отцом каждый день созваниваемся. Если хоть один день не доложусь, он подумает, что меня опять засадили. Зачем лишний раз волновать, им и так досталось!
— В этом ты прав, — она посмотрела на меня и показала кончик язычка, — вредина!
— Не уводите разговор в сторону, мадам! — протягивая к ней руки, сказал я. — Судите сами! Я уже не так молод, чтобы постоянно носить вас на руках. Эдак можно и надорваться! Не дай Бог, уроню на пол — опять до спальни не доберемся…
Наталья вспыхнула, схватила полотенце, лежащее на краю кровати, и сделала вид, что пытается меня ударить. Ой, нет, вот этого не надо — пойду лучше кофе сварю. А вот за полотенце спасибо — негоже по дому голышом разгуливать. Усмехнувшись своему отражению в зеркале и показав Наталье язык, я отправился на кухню. Сделал кофе, взбил два молочных коктейля и устроился у окна. Скоро приедут Базиль с Вилей, и можно будет садиться за рождественский стол. Пусть это и не православное Рождество, но надо уважать местные традиции. Скорей бы, а то в животе давно обед! Телефон, лежащий на столе, вдруг завибрировал и пополз в сторону Тишки, который спал на подоконнике. Кот открыл один глаз и отточенным движением ударил вредное устройство, которое помешало греться на солнышке.
— Слушаю.
— Доброе утро, господин Айдаров.
— Доброе? Кому как…
Ну и напористый мужик — этот брат «невинно убиенного»! Я даже головой покачал от удивления. Как бы там ни было с его родственником, но надо и меру знать! Совсем в атаке ошалел — людям праздничное настроение портить. Он что, даже в выходные работает?
— Я хотел бы узнать, какое вы приняли решение по поводу моего предложения.
— Вас устроит, если я дам ответ после Нового года?
— Хорошо, жду ваш ответ до… — он сделал небольшую паузу, — восьмого января. Потом, не обессудьте, приму решение без вашего участия.
— Не сомневаюсь, — сухо
