Старые проблемы, древние споры и войны. А как же иначе, ведь мир, в котором мы живём, не что иное, как Чистилище, где рядом с обычными людьми живут те, которых называют «Охотники на Ведьм». Наказанные за грехи прошлых жизней, у них нет права на выбор, у них не права на сомнения. Есть только цель, ради которой, они готовы на многое. Кто знает, вдруг ты один из них? Через какую боль готов пройти, ради искупления своих грехов?
Авторы: Негатин Игорь Якубович, Локамп Пауль
возвышается громада торгового центра — святой престол современного мира. Еще несколько минут — и впереди вечно грязные Нижние Шанчяй, унылые Панемуне и поселок Рокай.
Не останавливаясь, проезжаю вдоль длинного проволочного забора. Даже голову не поворачиваю в эту сторону. Чуть дальше есть небольшая заброшенная площадка; на ней я оставляю машину и, осмотревшись, иду обратно. То, что меня кто-нибудь может заметить, не тревожит. Во-первых, здесь темно, а во-вторых, в таких маленьких городках спать ложатся с курами. В-третьих — перед домами, чтобы уменьшить шум, плотными рядами посажены деревья, а с другой стороны — пустырь. Кто меня может увидеть? Длинный проволочный забор огораживает территорию участка лишь с фасада. Другие стороны закрыты бетонным забором, судя по всему, еще советской постройки. Интересно, что здесь было раньше? Тракторные мастерские? Площадка не маленькая, но почти пустая. По левую сторону от ворот — несколько пустых прицепов, а перед ангаром — фура с тралом, загруженным доверху машинами. Ворота хиленькие, рядом пустая будка для охраны. Так, что у нас тут еще? Несколько джипов, один из них подготовлен для гонок по бездорожью. Собаки? Нет, собак не видно. Никаких признаков жизни, но люди здесь есть. В конторе. Это такая небольшая пристройка из белого силикатного кирпича, по правую сторону от ангара. Два окна, одно из них обращено в сторону ворот, а другое — к забору. Сквозь жалюзи пробивается слабая полоска света.
Знакомый темно-серый Гольф приткнулся на краю площадки, у входа в помещение. Его поставили здесь совсем недавно, еще и часа не прошло — стекла замерзнуть не успели и колея на снегу свежая. На побелевших от соли боках — свежие брызги грязи. Значит, снайпер здесь. То, что это он, я даже не сомневаюсь. Больше некому. Повезло? Нет, я все равно опоздал. Опоздал уже тогда, когда О`Фаррел попал под прицел. Ему стреляли в голову, но не учли стеклопакет — пуля ушла вниз, попав чуть ниже сердца. В отличие от них, стрелять я не буду, мне лишний шум без надобности. Интересно, сколько там человек? Да, я вполне допускаю, что среди них могут оказаться случайные люди. Может. Но это уже не важно. Среди них есть один, который мне нужен живым. Ненадолго — только чтобы успеть поговорить. И ради этих нескольких минут я без колебаний убью всех остальных.
Сумку я оставляю у забора, спрятав ее между пустыми железными бочками. Можно было оставить в багажнике, но боюсь, что даже в этой деревне, может найтись ухарь, который за это время обчистит машину. Береженого Бог бережет. Обхожу территорию вокруг и в дальнем углу замечаю одну упавшую секцию забора. Судя по всему, по пьяному делу на тракторе въехали. Прекрасно, а то старый я уже — по таким заборам прыгать. Забравшись на территорию, осматриваюсь. Рядом с конторой вповалку свалены обломки деревянных поддонов. На дрова приготовили, не иначе. Вон, на крыше труба белым дымом исходит. Столбик дыма аккуратный, словно из снега вылепили — холодно завтра будет. Надо подбираться поближе. Окна в домике старые, еще с форточкой. Кстати, она открыта, вполне можно послушать, о чем беседуют наши будущие респонденты. Главное — не шуметь, успеется еще. Трудно это — ждать. Именно сейчас трудно. Потому что больше всего на свете мне хочется ворваться внутрь и убить всех к дьяволу! Чувствую на губах соленый привкус. Кровь? Наверное, губу прикусил. Как медленно тянется время. Холода не чувствую, просто автоматически попеременно напрягаю мышцы, чтобы не замерзнуть. Я будто умер, привалившись спиной к кирпичной стене. А может, это на самом деле так? Может, прав был наставник О`Фаррела, и мы — простая нежить? Пусть так, это уже не важно.
Внутри, судя по гневным тирадам, перемешанными с матом и угрозами, начали выяснять отношения. Голосов было несколько. Один из них хрипло матерился, часто кашляя, чем мешал мне слушать. Надо понимать, он рядом с окном сидит; нашел, понимаешь, себе место, страдалец. Еще два голоса принадлежали мужикам помоложе. Говорили они по-юношески нагло. Не так, чтобы очень хамили, но слабые попытки были. Какие-то деньги. Заказ… Дьявол! Опять этот придурок со своим кашлем. Сел бы этот убогий подальше от окна. Еще один голос был мне смутно знаком. Он оборвал молодого короткой репликой:
— Остынь! Давай без крайностей!
Я прикрыл глаза, разматывая тонкую цепочку памяти. Голос… Да, конечно. Встреча в лесу и два бандита, про которых мне сказал брат убиенного сидельца. Тот, который был старше. Вот оно, как все удачно сложилось. Но он не снайпер, характер не тот. Только мне этого мало. Достаточно для мести, достаточно, чтобы выполнить свою часть контракта, но мне нужен человек, который все это заказал.
Шум внутри не утихал. Скандал в благородном семействе. Ладно,
