Охотник на ведьм

Кто вы и чем вы занимаетесь в этой жизни… Но у меня больше опыта, причем, — он посмотрел на меня, — во всех областях. Поэтому знайте, что если в борьбе со злом вам будет нужна помощь, я буду здесь.
— Спасибо, святой отец.
Он немного помолчал, собираясь с мыслями.
— Тем не менее, Саша, я бы хотел с вами посоветоваться. Видите ли, в чем дело: позавчера мы начали земляные работы на заднем дворе костела, и сюда привезли малогабаритную строительную технику. Через некоторое время ко мне прибежал взволнованный рабочий и сказал, что они задели какую-то кирпичную кладку, не указанную на плане, и он ни в чем не виноват, мол, я сам ему приказал там копать. Когда я подошел к этому месту, то обнаружил провал в земле. Но вы понимаете, что перед тем, как начать эти работы, мы получили все необходимые разрешения. Конечно, сразу связался с работниками по охране исторических памятников и археологами. Мне предложили ничего не трогать, мол, через неделю они пришлют своих рабочих, чтобы решить проблему на месте и провести необходимые исследования. Работы приостановили, и рабочие уехали. Мне этот провал не давал покоя, и в пятницу, не дождавшись вас, взял фонарь и спустился туда. Небольшой кирпичный туннель, уходящий вглубь холма. На оборонительные сооружения, возведенные при царе, никак не подходит — время постройки костела не позволяет. Углубившись в ход всего на несколько метров, я натолкнулся на заваленную развилку и был вынужден прервать свои «изыскания». Но перед тем, как уйти, на земле обнаружил вот это, — он достал из кармана белый платок и подал мне.
Я развернул платок, уже догадываясь, что там увижу. Да, вы правы, передо мной лежал перстень ксендза Станислова…
Скоро мою кухню можно будет называть штабом по борьбе с Нежитью, ей-Богу! Авгуру позвонил сразу, как только выехал от Казимера, ничего особо не рассказывал, просто пригласил на рюмку чаю, чтобы мозги после всех треволнений на место встали. Когда подъехал к дому, Петр, меня поджидал, сидя на лавочке у подъезда, будто добропорядочный пенсионер, который выбрался из своей душной квартиры, чтобы насладиться прохладой летнего вечера. Ему бы сейчас очки, газету «Труд» и панамку, чтобы голову не напекло. Представил эту мирную картину и усмехнулся — слишком уж фантастично. Пока смывал в душе грязь, Авгур прошел на кухню, нашел все необходимое и теперь, судя по ароматам, готовил кофе. Хорошее дело. Этот потерянный день мне дорого обошелся, еле на ногах держусь.
— Место! — щенок посмотрел на меня, потом решил не спорить и ушел на свою подстилку. Смотри ты, что надумал — ботинки грызть; нет, парень, так дело не пойдет. Следом за ним послушно поперся и Тишка. Правильно, друзей в беде не бросают; если уж сидеть на месте, то будьте любезны оба. Звери дружно завалились на подстилку и принялись причесывать друг друга.
— А что мне делать с находками? — спросил я, пробуя приготовленный напиток.
— Как что? — удивился Авгур. — Твои находки, тебе и решать. Монеты можешь продать, золото сейчас в цене, а книгу, если честно, даже не знаю… То, что ты нашел, лучше спрятать и никому не показывать, это уникальная книга! Ее автор — Хильдегарда Бингенская. По одним сведениям, она родилась в 1098 г в Бермерсхайме, на территории нынешней земли Рейн-Гессен, а по другим — в Бекельхейме. Монахиня, настоятельница монастыря в долине Рейна и автор мистических и медицинских трудов. Одну из ее книг ты сейчас и держишь в руках — это знаменитая Liber subtilitatum diversarum naturarum creaturarum

.
— В чем ее уникальность? — спросил я. — Не успел еще собрать о ней информацию.
— Слишком дорогая, можно даже сказать, бесценная, — он надел хирургические перчатки, которые попросил у меня сразу, как только увидел, что я обнаружил. Аккуратно открыл эту, богато украшенную и написанную на тонком пергаменте книгу. — Господи, все три части: Liber simplicis medicinae, Liber compositae medicinae и Liber medicabilis herbis. Да, ведьма, которую ты упокоил, оставила тебе богатство, — он покачал головой. — Кто бы мог подумать…
— Почему вы мне сразу не рассказали о белых и черных ведьмах, Авгур?
— Это ничего бы не изменило, мой мальчик, — ответил Петр, с сожалением откладывая книгу в сторону.
— Как не изменило? — он поражал меня с каждым разом все больше. — Если верить отцу Казимеру, то Белые ведьмы — это уникум среди людей! Это не простая Нежить, как можно их убивать, Авгур?!
— Как? — он поднял на меня тяжелый, словно налитый свинцом, взгляд. — А вот так! Запомни, Александр — в этом мире ты не имеешь права на три вещи: милосердие, жалость и интеллигентские слюни! Это война, причем гораздо более древняя, чем те, которые устраивают люди.
— Но это жестоко…