Старые проблемы, древние споры и войны. А как же иначе, ведь мир, в котором мы живём, не что иное, как Чистилище, где рядом с обычными людьми живут те, которых называют «Охотники на Ведьм». Наказанные за грехи прошлых жизней, у них нет права на выбор, у них не права на сомнения. Есть только цель, ради которой, они готовы на многое. Кто знает, вдруг ты один из них? Через какую боль готов пройти, ради искупления своих грехов?
Авторы: Негатин Игорь Якубович, Локамп Пауль
фонарного столба, в который въехал очередной придурок из сейма, или пьяных английских туристов, помочившихся (по традиции) на стену президентуры, печатные издания будут мусолить до умопомрачения, а здесь — будто воды в рот набрали. Так мы не гордые, напомним, если память отшибло…
Большой стол, сделанный из толстых дубовых досок, был уставлен тарелками и бутылками, бокалами и глиняными кружками для пива. Да и обстановка знакомая — вон на том углу, да, именно там, где стоит блюдо с остатками жаренного поросенка, я когда-то ножом вырезал свои инициалы. Сейчас вы их не увидите, чей-то локоть загораживает. Шумная и дружная компания старых друзей, доверяющих безоговорочно, как это бывает только между очень родными и близкими людьми. От этого чувства становится тепло и уютно, будто перышком по щеке провели, словно каждый из нас отдает частичку своей души, чтобы согреть жизнь ближнего. Наверное, играла музыка, и мы кому-то хлопали, подбадривая невидимых сейчас танцоров. Какие там танцы, господа, если напротив сидела очаровательная девушка, и меня занимали только эти карие глаза, в которых видел все, о чем мужчина может только мечтать — любовь, нежность, радость, что вы рядом друг с другом… Каштановые волосы, тяжелой волной рассыпаются по ее плечам, и она, хитро улыбнувшись, показывает мне кончик розового язычка. Вот вредная! Конечно, вредина, но моя, любимая…
Дьявол!!! Я очнулся, сидя на своей кровати, тяжело дыша, и не отрываясь, невидящим взглядом уставился в окружающую темноту. По телу стекали холодные капли пота. Рядом с кроватью недовольно заурчал потревоженный моим криком Бакс. Сон… Это только сон. Может, и так, но почему на душе так тепло и радостно, словно встретил родных мне людей?!
Сердце колотилось как бешеное, когда я выбрался из кровати и, сбросив на пол влажную от пота простыню, пошел в ванную. В ушах словно звучала музыка — та самая, из сновидений. Минуты две простоял под холодным душем, подставляя тело упругим струям воды, пока не почувствовал, что это странное чувство тепла уходит прочь, оставляя взамен зияющий провал пустоты и боли неосознанной утраты. Потом долго смотрел в зеркало, словно надеясь увидеть там признаки безумия. Нет, ничего подобного. Знаете, как это бывает в фильмах — человек смотрит на свое отражение в зеркале, потом отворачивается, а его отражение продолжает наблюдать за ним и этим миром. Зазеркалье, еще одна неизведанная часть нашего Бытия…
Рассвет приходил медленно, словно нехотя. Первые троллейбусы, натужно завывая электромоторами, двинулись по улицам, разгоняя остатки утреннего тумана своими длинными усами, которые делали их похожими на больших тараканов. Вместе с ними утро встретил и я, усевшись на подоконнике с чашкой кофе и сигаретой. По-моему, Айдаров, у тебя едет крыша, если незнакомые люди, вызывают такую реакцию. Мало того, во сне, а не наяву. Да, этих людей я не знаю. Никогда не видел. Не встречался. Но они мне не чужие! Как это объяснить?!
Телефонный звонок оторвал от неприятных мыслей о моем психическом состоянии. Казимерас. Ну что опять понадобилось этому святоше, неужели очередной оборотень объявился? Нашел скорую помощь, понимаешь…
— Слушаю.
— Доброе утро, Александр.
— Кому как, — не очень вежливо ответил я. Разговаривать, признаться, совершенно не хотелось.
— Что-нибудь произошло?
— Все хорошо. У меня всегда все хорошо. Что-нибудь случилось, святой отец?
— Нет, слава Иисусу Христу.
— Значит, аминь…
— Все-таки что-то случилось Александр, — он немного помолчал. — Я могу чем-нибудь помочь?
— Вы… Пожалуй, нет, не сможете. Чем обязан столь раннему звонку?
— Извините Александр, что разбудил. Помните, обещал собрать информацию по поводу лесного озера, которое не обозначено на карте?
— Да, — я отставил в сторону кружку с недопитым кофе, — что-нибудь интересное?
— Сказал бы, загадочное. Но, как я понимаю, для вас эти понятия равнозначны.
— Скорее да, чем нет. Когда у вас найдется свободное время, чтобы встретиться?
— Раны уже зажили, и вы опять рветесь в бой? — с налетом грусти спросил Казимерас.
— Лучше что-то делать, чем просто сидеть и ждать.
— Трудно не согласиться. Вас устроит сегодня вечером, часов в пять, где-нибудь в Старом городе? Например, у костела Святой Марии?
— Вполне…
— До встречи, Александр…
За полчаса до назначенного времени я припарковался у набережной, оплатил стоянку и присел на невысокую каменную ограду. Что-то популярным местом становится этот храм. Да, тот самый, прибрежный, имени «спасения на водах», где я познакомился с Авгуром. Старый костел, основанный в самом начале пятнадцатого века. Кстати, насчет фундамента,
