Никогда не давайте лучшим подругам полезных советов насчет их личной жизни!!! Это знает каждая женщина…С этим не способна смириться ни одна женщина! А потому, когда день свадьбы оборачивается ну очень жуткой трагедией, а в квартире «счастливой новобрачной» начинают происходить совершенно фантастические события, кому расхлебывать кашу? Конечно же лучшим подругам, которые ее заварили!
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
рисковала из-за моей затеи. Как всегда, мы привычно застряли в дверном проеме и какое-то время пыхтели и пихались, пытаясь своими силами ликвидировать пробку. Вышибла нас внутрь Настена, удивляясь, как некоторые стремятся получить по башке именно в первую очередь.
В доме было абсолютно тихо и душно. Пахло смесью чего-то непонятного, что в общем подходило под определение «нежилой дух». Громко разговаривая для храбрости, мы с Наташкой отправились на второй этаж в комнату Тамары Васильевны, где я не так давно видела свет среди ночи. Девчонки недолго торчали внизу. Вероятно, им стало жутко.
Я совсем расхрабрилась и включила настенный светильник. Все обитатели садоводческого товарищества наверняка мирно спят. Внимательно оглядев аккуратную, почти без налета пыли комнату, я распределила задания – Насте следовало простукивать стены, Алене – проверять на прочность кирпичи в каминной трубе, Наталье… Впрочем, Наталья заявила, что сама подберет себе объект и в медицинских тонких перчатках принялась осматривать какие-то коробочки, шкатулочки… Не спорить же с ней. При деле, и ладно. Сама подошла к памятнику напряженной трудовой деятельности на дому Тамары Васильевны – старинной швейной машинке знаменитой фирмы «Зингер». Раритет был вывезен на дачу из-за того, что не вписывался в современную обстановку московской квартиры, но насколько мне известно, находился в рабочем состоянии. Под монотонные постукивания по стенам облазила всю швейную машинку и, очень довольная своей проницательностью, возвестила об обнаружении тайничка внутри раритета. Все кинулись ко мне, осматривая узкий ящичек, искусно приляпанный у столика снизу. Увы, в нем находилось немного пуговиц разных калибров. Оставалось только догадываться, что там могло быть до них? Золото-бриллианты? Документы? Скорее всего – деньги.
Решили продолжать поиски. Алена, стоя на стуле, добралась почти до самого верха кирпичной кладки, но шевелящихся кирпичей не обнаружила. Наталья помогала Насте простукивать стенные перегородки, и, кажется, ее терпение подходило к концу. Картин в комнате не было, я терялась в догадках, куда еще приложить свои силы.
– То, что хочешь спрятать, следует держать на видном месте! – поучительно изрекла Наталья. – Не помню у кого, но читала этот полезный совет.
– У Конан Дойла, – с готовностью подсказала я. – Только не следует забывать, что этот полезный совет стал всемирным достоянием.
– Ищите, ищите! – осторожно сползая со стула, посоветовала Алена. – Кто ищет, то всегда…
– Обрящет! – подсказала Наташка. – В основном приключений на собственную задницу! А рассвет-то уже… Все заметнее! Усталость сказывается. Умственная, – и заинтересованно посмотрела на шторы: – Что ж мы, идиотки, не догадались их задвинуть?!
Я машинально проследила за ее взглядом, и меня осенило:
– Аленка! Быстро мне стул! И вон ту маленькую скамеечку. Интересно, на фиг она мне нужна?
– Желаете еще и веревку? – проворчала Наташка, но я ее уже не слушала. Быстро подвинула стул к подоконнику, скамеечку к стулу и поэтапно взгромоздилась на подоконник. За мной следили с тихим ужасом, не иначе как рассчитывая, что дальше я сигану со второго этажа вниз. – Во! Так и стой там вместо занавески. Как же ты сразу не додумалась! – издевалась подруга, пока я осторожно – чтобы не свалиться и не получить по голове – снимала карниз. Помочь, конечно, никто не додумался, пока я не рявкнула. Карниз был ну о-о-очень тяжелый! Как штанга. Почти сбросив его в протянутые руки помощи, я спрыгнула с подоконника, игнорируя пирамиду, по которой взбиралась – торопилась. Дом ощутимо вздрогнул. – Слон ты наш трепетный, – ласково пропела разговорчивая Наташка. – Эво, как нас приподняло и пришлепнуло. Больше так не делай. Ломать дом мы не договаривались.
Не слушая, я пыталась совладать с карнизом – металлической полой трубкой, закрытой с обоих концов навинчивающимися крышками. Внутри что-то перемещалось и шуршало. Карниз был размером не меньше, чем два с половиной метра, и я никак не могла додуматься положить его на пол – все пыталась поднять и открыть крышку снизу. Решившие мне помочь девчонки бестолково вращались вместе с карнизом по комнате, поскольку верхним концом он обязательно упирался в потолок. Нижний соответственно не отрывался от пола. Свою лепту вносили и шторы, которые время от времени накрывали то девчонок, то меня с головой. Минуты три продолжалась эта безумная пляска, пока Наташке не надоело. Посоветовав мне сесть на подоконник и свесить ноги, она в секунды уложила карниз на пол, внимательно обследовала оба конца и отвернула на одном из них крышку. Потом приподняла за другой конец, и нашему взору предстал ручеек из маленьких
