Никогда не давайте лучшим подругам полезных советов насчет их личной жизни!!! Это знает каждая женщина…С этим не способна смириться ни одна женщина! А потому, когда день свадьбы оборачивается ну очень жуткой трагедией, а в квартире «счастливой новобрачной» начинают происходить совершенно фантастические события, кому расхлебывать кашу? Конечно же лучшим подругам, которые ее заварили!
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
Наталья, безуспешно возившаяся с дверью, ругнулась и оставила эту попытку. Затем ее внимание привлекло окно – единственное окно в коридоре, оставшееся без решетки. Потому что слишком узкое и не открывалось вообще. Парой пустяков было отогнуть гвоздики и вытащить его целиком вместе с рамой. Я сбегала на кухню и приволокла маленький топорик с набалдашником для отбивания мяса. Всего-то пять минут возни, и мы по очереди спустились вниз. Честь вылезать последней выпала мне. Как и честь кое-как водрузить за собой на место раму. До сих пор удивляюсь своему совершенству и виртуозности во время этой операции. Держали меня почти на весу Наталья с Аленой, но не очень хорошо. Еще хуже пришлось Насте. Осталось непонятным, как ее угораздило вломиться в куст сирени, росший в трех метрах от окна. Дуя на многочисленные царапины, она думала совсем не о себе. А о той пользе, которую принесла сирени – говорят, для лучшего цветения ее настоятельно рекомендуют обламывать. Интересно, до какой степени?
Рама с окном на место не встала. Несмотря на все мои старания. Она все время норовила упасть то за окно – на нас, то назад – в коридор. Это же намерение демонстрировала и я, пока не пришло в голову посмотреть, торчит ли в двери ключ.
Стало совсем светло, и мы заторопились. Шлепая по мокрой траве и лужам, которые земля не желала впитывать, считая перебором, добрались до крыльца. Поднявшаяся по ступенькам Алена вернулась растерянной – ключа в двери не было. Не валялся он и на самом крыльце. Под крыльцом тоже не валялся – проверили каждый сантиметр земли. Его следовало искать у того, кто нас запер. Именно с этого момента я стала чувствовать себя «под колпаком».
Довольно быстро и с оглядкой мы покинули территорию рогачевского надела, старательно закрыв за собой на замок калитку и решив позднее заколотить окно досками или фанерой. Обсуждать детали вылазки не стали, отложили на утро. Хотя оно уже практически наступило.
Даже дома не покидало чувство тревоги, хотя обстановка была вполне спокойная. Дверь в бабушкину комнату была слегка приоткрыта. Наверняка Баська пошел на таран. Бабуля спокойно спала под теплым одеялом. В кресле, привалившись к Эльке, вповалку спали котята. Не поймешь, где голова, а где хвост. Девчонки на кухне выгребали из холодильника все приемлемое для бутербродов. Глаза у них слипались. Я еще раз проверила, закрыта ли входная дверь, и решила проведать спящего мужа.
Он по-прежнему спал на правом боку – так, как я его и оставила, только в ногах примостился Баська. Тихонько переоделась и легла, надеясь уснуть. Не спалось! Встала и спустилась вниз. Минут через сорок – пятьдесят вставать Димону.
Девчонки уже удрали досыпать, кое-как изобразив относительный порядок на столе. Одной было тоскливо и неуютно. Перебралась в холл и уселась на ступеньки лестницы. Там ощутила себя в относительной безопасности, хотя липкое, противное чувство полной незащищенности и беспомощности полностью не прошло. До тех пор, пока не разозлилась. В конце концов, я тоже могу действовать!
Димка на звон будильника отозвался привычным оханьем, сердитым взглядом на часы и довольным бормотанием: «ах, как хорошо, можно еще поспать…» Через сорок минут он уже носился по комнате, недовольный всем на свете, а в особенности – пропажей папки с какими-то заявками на какие-то инструменты, которая исчезла исключительно по моей вине. Потом она благополучно сама собой обнаружилась в машине. До этого мне пришлось судорожно перерыть все возможные места ее захоронений. В том числе стопку газет и журналов у печки. Зато в машине я обнаружила не только пропажу, но кое-что еще, о чем умолчала. Что интересно, если мужу доводится убегать на работу, когда я сплю (или хорошо притворяюсь, что сплю), его практически не слышно. Шумовой эффект по утрам, подобный урагану, рассчитан специально на мое осознанное присутствие. Чтобы не расслаблялась. В долгу я не осталась. Подошла к нему прощаться до вечера и ляпнула:
– Вы с Листратовым правильно поступили. Я ошибалась. В твоей больнице – даже в гинекологическом отделении, Андрею было бы не менее опасно, чем в первой. Хорошо знаю изворотливость киллера! – У него вытянулось лицо. Более того, он сказал: «А ну-ка, ну-ка…» – и собрался вылезать из машины. Пришлось коротко добавить: – Шутка! – и легкомысленно улыбнуться.
Димка неуверенно тронулся с места, притормозил, хотел что-то сказать, но обреченно махнул рукой и укатил. Разве можно променять меня на скальпели? Заждались небось, с тоски заржавели!
После кофе, которое одолела с трудом – больше по утренней
