Говорите, наш мир — Центр Мироздания? Но раз есть центр — значит, имеются и Окраины, полудикие, враждебные, смертельно опасные. И не дай вам Бог отправиться туда в одиночку и без оружия! Там люди сходят с ума и пропадают без вести.
Авторы: Валин Юрий Павлович
тонкой души. В молодости возле вас, должно быть, поклонники просто в толпы сбивались.
– Я и сейчас еще ничего, – испуганно сказала дама, не открывая глаз.
– Кто спорит. Меня, правда, всю жизнь больше дамы рубенсовского типа впечатляли, но лично вас мне будет искренне жаль. Вы на меня зла не держите, – Андрей кончиками пальцев погладил рукоять «ТТ». – Я просто старый солдат. Приказы выполняю пунктуально.
– Хам вы! Сапог кирзовый, а не солдат. Спасатель падали, убийца чекистский. – Таисия резко вскочила на ноги, Андрей даже отшатнулся.
Высокая женщина быстро уходила по цепочке следов, вслед почти растаявшей в солнечном сиянии тяжелой фигуре Алексея Валентиновича. Прошагала мимо носилок – молодое поколение с некоторой опаской глянуло вслед.
Андрей, кряхтя и отряхиваясь, встал – взбодрившаяся Таисия, когда взбрыкнула, порядком осыпала начальника песком.
– Могу спорить – знаю, что за допинг, – сказал Генка.
– Да я ничего медицинского и достать не успел. Сказала, что отдохнула, и вперед. Брезгует она пользоваться брутальными армейскими препаратами, – пояснил Андрей, берясь за проклятые носилки.
– Еще один тестер впариваете? – Мариэтта попыталась ухмыльнуться. – Вот уж абзац. Тетенька хотела прокатиться, место нашего тутанхамона занять, а вы ее пуганули. Интересно, чем именно?
– Сказал, что Валентиныч первым душевую кабину займет. Как известно, шерсть с поддона он за собой из принципиальных соображений не смывает.
Заулыбались.
– Ну, студент, если отдохнул, так поехали, – Генка дружески кивнул сияющему свертку.
4.56.
– Нет, сдохну щас. – Руки у Генки дрожали – он с трудом выпрямлял защелку носилок. Соскользнувшая с дорогой и ненадежной конструкции серебристая «куколка» лежала у ног эвакуационной команды, молчала. Кажется, с сочувствием.
– Кто ж так делает, суки? – с тоской прохрипел Генка, пытаясь вернуть предательское крепление носилок на место.
– Не нервничай, – пробормотал Андрей. – Выйдем домой, я командировку в Швейцарию выбью. Набьем морду герру конструктору.
– А выйдем? – Генка с опаской посмотрел вперед – фигуры Алексея Валентиновича и белокурой страдалицы маячили в отдалении. Брели на расстоянии шагов тридцати друг от друга. Не вместе, но скованные одной целью.
– Скованные одной цепью, связанные одной целью, – задумчиво просипела Мариэтта.
Андрей посмотрел на нее со слабым изумлением. Значит, не только у дураков мысли сходятся, но и у агентов ФСПП. Хотя в чем разница?
– Генка, ты бы их догнал. Они торкнутся, а мы здесь останемся, – прошептала Мариэтта.
– Никуда они не денутся, – сказал Андрей. – Они уверены, что волшебный индикатор у меня. Подождут, гонщики херовы.
– Они боятся, – упрямо возразила Мариэтта. – Они очень хотят вернуться домой. Торкнутся и попадут неведомо куда. Так им, лузерам, и надо, только мыто здесь закукуем.
– Уверена, что они без нас никак? – поинтересовался Генка, ковыряясь неудобным мультитулом – единственным инструментом, оставшимся в наличии у Отделения.
– Есть у меня предчувствие, – прохрипела девица и, отводя с лица серые лохмы, глянула на начальника: – Дойдем – я прямо в буфет. Хоть отчисляйте, хоть что делайте, фанты выпью, сколько в меня влезет. Нет, даже больше.
– Там разберемся, – Андрей не был уверен, что вообще сумеет встать. – Генка, клади эту херню на песок, я ногами придавлю, а ты защелкнешь.
Общими усилиями удалось надеть крепление. Носилки, хоть и кособокие, приняли свой скорбный груз. Андрей, сдерживая стон, выпрямился, вместе с Генкой подняли ношу. Ох, будто годами в паре мертвецов таскали.
Мариэтта с рюкзаком за плечами поплелась рядом. Неожиданно сказала:
– Вы мне одну ручку уступите. Удобнее будет.
– Кому удобнее? Тебе? Стыдишься? За немощного пенсионера меня держишь? Рановато еще.
– Идите в жопу. Тоже пенсионер нашелся. Убогие и придурошные у нас в голове парада шествуют, – девчонка мотнула головой вперед. – А раз я не там, так должна почестному волочить. И еще я в Швейцарию хочу. Морды бить.
– Тогда конечно. Может, одна носилки потащишь?
– Сергеич, дай ей ручку, – выдавил, не оглядываясь, Генка. – Нас меньше мотать будет. К тому же, с одной стороны, нести студента дико тяжело, а с другой, вроде как за носилки цепляешься и шагаешь автоматически. Давайте автомногоножку сделаем.
Мариэтта закашлялазасмеялась.
5.23.
«Базовый лагерь». Тетка и растратчик сидели на песке, отвернувшись друг от друга. Между ними возвышалась горка теплой одежды и снаряжения.
– Отдохнули? – спросил Андрей, пытаясь стоять ровно. – Тогда подъем и начинаем концентрироваться.
