Говорите, наш мир — Центр Мироздания? Но раз есть центр — значит, имеются и Окраины, полудикие, враждебные, смертельно опасные. И не дай вам Бог отправиться туда в одиночку и без оружия! Там люди сходят с ума и пропадают без вести.
Авторы: Валин Юрий Павлович
Мариэтта. – Но, может, его аромат довел? Гражданин начальник, нам противогазы не полагаются?
Со стороны панельного корпуса действительно попахивало. Андрей обеспокоенно оглянулся на старшую часть команды. Таисия вяло перебирала ногами, Алексей Валентинович бережно поддерживал ее под локоток. Лицо у дамы было отстраненное – даже от снега не закрывается. Оставить бы ее дома, но наставление по работе Отделов категорически не рекомендовало разделять команду.
– Я вот думаю, – вполголоса сказала Мариэтта, – а вдруг этого мясника Василия совесть замучила? И он в какойнибудь свинячий ад угодил? Сейчас поросята из него тушенку крутят.
– Ты такие мысли брось, – посоветовал Генка. – Это ты сегодня на полдник ветчины с избытком хватанула, и тебя саму совесть мучит.
– Перестаньте хохмить, – сказал Андрей. – Здесь возможно что угодно, но теории о поросятах ты, Капчага, отставь. Комбинат по говядине специализируется. Да и мясо сюда замороженным доставляют. Свинина и прочая курятина разве что в виде фарша прибывает.
На проходной ждали представители от полиции и внутренней охраны. Проследовали в корпус управления, миновали приемную, одну на три кабинета. Здесь растерянная секретарша уставилась на Мариэтту, тут же принявшуюся с подозрением разглядывать картину маслом – на переднем плане пейзанского пейзажа была изображена свинья под дубом. Мариэтта многозначительно поцарапала ногтем богатую раму и, оставляя мокрые следы своими «мародерами», двинулась к соседней картине. Андрей, уже поздоровавшийся с координатором, вернулся и ухватил девицу за рамку рюкзака:
– Я тебя потом в Третьяковскую галерею свожу.
Мариэтта важно кивнула:
– Ведите. Я не возражаю.
Координатор похлопал по спинке кресла:
– Здесь он сидел. Были назначены важные переговоры. И тут – опа, и нету господина Корякина… Все оставили как было. Только деньги из сейфа кассиру передали. Ничего?
– Ну, на премию мы и не рассчитывали, – пробормотал Андрей.
Кабинет производил удивительно мирное впечатление. Никакого сосущего чувства угрозы, как было в «Блиндаже», Андрей не испытывал. Стол, заваленный уймой бумаг, включенный компьютер, крошки печенья, футляр от очков. Отделение «КП29» в полном составе принялось разглядывать настольное фото: мама, папа, две дочери – младшая хохочет щербатым ртом.
– Не в поросятах дело, – констатировала Мариэтта, поднимая со стола старомодную ручку с «самораздевающейся» красоткой.
– Да что тебя сегодня все на искусство тянет? Положи на место, – пробурчал начальник. – И давайте попробуем поработать…
* * *
Все пошло как по маслу. Мгновенное скольжение, и в лицо дохнуло близким морем.
Живописные скалы спускались к галечному пляжу. Ласковое солнце светило в лицо. По кромке обрыва шла тропинка, над ней шелестели листвой оливы. Правее, на холме, виднелось легкое строение с множеством колонн. Над спуском к пляжу сидел человек, сиротливо обхватывал руками толстые колени, рубашка выбилась из брюк. Андрей направился к сидящему:
– Василий Викторович?
Пухлый человек приподнялся, поправляя галстук. На его лице промелькнула целая гамма чувств: от ужаса до надежды:
– Товарищи… господа… Вы не из Москвы случайно будете?
– Если точно, то из Бирлюково. Возвращаться будете?
– Дада, конечно! Я, видите ли, както случайно… Не понял даже, как получилось…
– Да вы не волнуйтесь, – посоветовал Андрей. – Сейчас на работу вернетесь, там все уже разъяснилось.
– Ой, пожалуйста, – несчастный Корякин крепко ухватился за руку спасателя. – Мне назад очень нужно. У меня семья, дети. Контракт с Витебском. Мне назад просто необходимо… Вы из ФСБ?
Было слышно, как фыркнула Мариэтта.
– Успокойтесь, дорогой Василий Викторович, – Андрей похлопал зама по сбыту по плечу. – Мы не ФСБ, нас просто попросили вас забрать. Пойдемте, а то нам жарко.
– Я готов, готов! – Корякин не отпускал руку Андрея. – Мне обязательно на службу нужно. Непременно! А то вот эти даже в разговор не вступают…
По тропинке шли двое благообразных мужчин в белых туниках. Проходя мимо нелепых в своих громоздких куртках и рюкзаках фээспеповцев, глянули со смутным неодобрением. Поднимаясь к обрыву, тот, что с рыжей бородкой, оглянулся, недоуменно пожал плечами.
– Не желают разговаривать, – пожаловался Корякин. – Отстранили в сторону, как куклу, и все. Я всегото позвонить в консульство хотел. Это секта или реконструкция какаято античная?
– Это, Василий Викторович, мираж, стихийно наведенный. Редкий геопсихический феномен. Вы лучше в дальнейшем молчите об этом. А то лечить начнут. И вас, и нас. Пожалуйте поближе к коллективу…
