Заключительная книга цикла «Омен» («Знамение»)
Авторы: Макгил Гордон
Казалось, внешний мир вдруг бесконечно далеко отодвинулся от монастырских стен, и теперь до Анны доносилось лишь негромкое пение монахинь. «Монотонное и проникнутое тоской», – промелькнуло у нее в голове.
Но она тут же отругала себя за самонадеянность. Кто она такая, чтобы судить этих одиноких женщин и думать свысока, будто в их голосах звучат тоска и отчаяние? Они ушли от «мира» к Христу, и выбор их добровольный.
Внутри здания было не жарко. Прохладой веяло от выложенных зелеными плитами стен, от каменного пола. С Анной никто не заговаривал, никто не оглядывался на нее, пока она шагала вслед за монахиней по узкому коридору.
Анна случайно коснулась каменных плит и тут же отдернула руку: ей показалось, что стена сырая, но пальцы были сухими.
Монахиня остановилась возле двери и, повернув ключ в замке, толкнула дверь ногой. Анна не двигалась. Никто так ни о чем ее и не расспросил, ей не задали ни единого вопроса о том, кто она такая и зачем ей понадобилось навестить Маргарет Бреннан. Надо же, она-то решила, что проникнуть в госпиталь будет непросто, а здесь, похоже, до нее вообще никому нет дела.
Анна нерешительно переступила порог и невольно вздрогнула, услышав, как за ней громко захлопнулась дверь. Комната, куда она вошла, оказалась крошечной каморкой, похожей на тюремную камеру. Узкая железная койка, стул, стол – и больше ничего. Высоко над полом крошечное оконце. Под ним, спиной к двери, восседала прямо на полу Маргарет Бреннан.
Анна кашлянула, но женщина даже не шевельнулась. Анна подошла поближе и, остановившись в двух шагах от Маргарет, окликнула ее по имени. Ноль внимания. Анна позвала громче, и женщина наконец оглянулась.
Анна едва сумела подавить крик. На нее уставилась старуха с испещренным морщинами, желтым лицом и совершенно седыми волосами. Ее вытаращенные воспаленные глаза были багровыми. А ведь с фотографий в газетах смотрело совсем иное лицо. Подобная встреча застала Анну врасплох. Ибо она ожидала увидеть благородное, красивое лицо женщины средних лет, а это… Ее встретила старая карга. Анна с трудом взяла себя в руки, выдавив на лице какое-то жалкое подобие улыбки.
– Миссис Бреннан, меня зовут Анна. Анна Бромптон, – представилась она.
Старуха улыбнулась. Лицо ее сморщилось как сушеное яблоко.
– Очень мило с вашей стороны заглянуть в эту обитель, – глухо отозвалась она.
Она говорила с бостонским акцентом, на блестящем английском, напомнившем Анне почему-то чету Кеннеди. Анна пожала протянутую руку и снова с трудом подавила отвращение, прикоснувшись к сухой, шершавой коже.
– Сейчас чудесное время года, – задумчиво промолвила Маргарет. – Волшебный аромат цветов..
Анна чувствовала себя не в своей тарелке. Растерявшись, она никак не могла придумать, как подступиться к разговору о Торнах. Господи, и зачем только она вообще заявилась сюда, какие сведения можно выудить из этой старой развалины?
Обычно Анна просто давала людям возможность высказаться и выложить все, что придет им в голову, незаметно подталкивая их к интересующему ее предмету. Сейчас все складывалось иначе.
– Должно быть, вы удивлены моим визитом, – пошла напролом Анна.
Маргарет вежливо улыбнулась.
– Нет, нисколько. Я понимаю вас. – И она снова отвернулась к стене.
– Я помогаю Джеку Мейсону.
Никакой реакции.
– Вы, наверное, слышали о Нем. – Писатель, – кивнула Маргарет. – Слышала, конечно. По-моему, даже встречала его на каком-то званом ужине в Нью-Йорке.
Теплее, теплее, это уже кое-что. Да, все-таки сегодня Анне везло. Она очаровательно улыбнулась:
– Понимаете, он взялся за книгу. О Торнах… Выражение лица Маргарет мгновенно изменилось. Нахмурившись, она тряхнула головой и тут же отвернулась к стене.
– Это своего рода биографическое исследование, – быстро пояснила Анна. – Мейсона заинтриговали некоторые эпизоды из жизни…
– Дэмьена Торна, – внезапно перебила ее Маргарет, задрожав всем телом.
– Д.!. Но и других тоже, – скороговоркой добавила Анна. – Понимаете, Мейсона интересует странная зависимость между той огромной властью, которой обладает семейство Торнов, и страшным… роком, преследующим эту династию.
– Не напоминайте мне о Дэмьене Торне, – равнодушно проговорила Маргарет.
Анну вдруг пробрала дрожь, но она продолжала:
– Но если это вас расстраивает и волнует… Маргарет резко повернулась к ней и неожиданно вскипела:
– Вы же ничего, ровным счетом ничего не знаете! – И она вскочила, вытянув руки с длиннющими ногтями, до смерти перепугав Анну. Та от неожиданности отшатнулась к двери, а Маргарет упала
