Они появляются в полночь

все сильнее.
Карта обратился к нам:
— Я приготовил для вас сухую постель. Проводить вас?
Я держал в руке потухшую лампу.
— Подлей сюда керосину, ладно? Моя жена не заснет от страха, если ночью у нас не будет света.
Джед кивнул Лему. Тот прошаркал в кладовую и вернулся, держа в руке жестяную банку. Он налил в лампу керосина.
Все поднялись наверх. За нами шел Джед, похожий на пугало в черном парике. За ним с неизменной наглой ухмылкой следовал Лем. Замыкала это шествие Рут со своей застывшей улыбкой и пустыми зелеными глазищами.
— Эй, послушайте, — съязвил я, — к чему вам лишние хлопоты? Вам все равно придется тащить наши трупы обратно в подвал.
— Вы, наверное, притомились, вам надо отдохнуть, — хихикнул Джед. — У меня еще есть дела, увидимся позже.
Вся эта кошмарная процессия прошествовала вверх по лестнице, сопровождаемая страшным скрипом ступеней, словно о чем-то предупреждая. Я пошутил по этому поводу.
Розамунда надула губы:
— Дешевый розыгрыш.
— Интересно, если здесь окажется тринадцать ступенек, — заметил я. — Это символично. Тринадцать ступеней на виселицу, — сказал я Джеду. Он окинул нас угрюмым проницательным взглядом. И хрипло пробормотал:
— Болтаете всякую чепуху. Если вы считаете нас убийцами, то почему не уходите?
— Дверь заперта.
— Попросите меня, открою.
В его голосе чувствовались издевательские нотки. Я не ответил ему. Мне стало не по себе. У нас за спиной Лем радостно пускал слюни. Мы проследовали через верхний холл к последней спальне. Комната пропахла сыростью, ветви деревьев ударялись о решетку окна, летучая мышь лихорадочно билась снаружи о стекло.
Я поставил лампу на пыльный столик у кровати. Лем, Джед и Рут стояли у двери. Три зеленоглазых волка смотрели на нас.
— А вы о нас ничего не знаете. Может, мы не такие уж безобидные овечки? — промолвил я. — Вы даже не спросили, как мы оказались здесь и откуда явились.
Джед более любезно улыбнулся нам, демонстрируя свой единственный зуб.
— Я думаю, мистер, вы незнакомы с Хеншейвским округом? У нас тут свои законы, вернее, их вообще нет. Мы старались, чтобы никто ничего не знал и не замечал. А властям просто не до нас. В нашем округе нет даже толкового шерифа. И нечего со мной хитрить, зря время теряешь.
Я пожал плечами:
— А откуда вы взяли, что мы вас боимся?
В тоне Джеда прозвучало восхищение.
— А вас не просто напугать. Ну ладно, у меня еще дела. Потом увидимся.
Он растворился в темноте.
Рут как-то странно дернула рукой. Лем облизал губы и тоже исчез.
Улыбка Рут была похожа на застывшую гримасу.
— Я знаю, его вы боитесь, — произнесла она. — И вы не ошибаетесь.
Она вышла и закрыла за собой дверь. Мы услышали щелчок замка снаружи.
— Я забыл взять у Джеда новую бутылку, — заметил я. — Скоро я окончательно протрезвею и захочу спать. — Я прислушивался к собственному голосу. Он немного изменился. — Все в порядке, дорогая. Иди ко мне.
Розамунда дрожала, губы ее были холодными.
— Это не комната, а холодильник, — прошептала она, стуча зубами. — К такому холоду невозможно привыкнуть, Чарли. Не хочу привыкать к холоду!
Я обнял ее и крепко прижал к себе.
— Попытайся вспомнить, — спокойно сказал я. — Сейчас день. Нет никакой бури. Мы в парке, и над нашими головами ослепительное солнце. Помнишь, дорогая?
Она спрятала лицо у меня на плече.
— Это очень трудно сделать. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как мы видели солнечный свет. Этот дом ужасен… ох, здесь витает дух мертвецов!
Я легонько потряс ее.
— Розамунда! — Она сделала судорожный глоток.
— Прости, дорогой. Я страшно переживаю то, что с нами случилось.
Я покачал головой:
— Может, это судьба. Поверь, мы не первые. Попробуй закрыть глаза и вспоминать.
— Ты думаешь, они что-то подозревают?
— Вряд ли. Они просто увлечены игрой в убийц.
Я чувствовал, как она дрожит от охватившего ее отвращения к происходящему.
— Давай подождем, что же может случиться, — уговаривал я Розамунду. — Мы не можем изменить их… или себя.
Она тихо заплакала. Слезы медленно потекли из-под ее ресниц. Мы прижались друг к другу, словно боящиеся темноты дети. Я не мог даже найти никаких слов, чтобы успокоить ее. Иногда так случается.
Лампа мигнула и погасла. Стало темно. Спичек у меня не было. Но теперь это уже было неважно.
— Хорошо, если Лем не забудет принести бутылку, — проговорил я через некоторое время, — виски нам сейчас просто необходимо. Нам повезло, что мы успели немного выпить.
Буря постепенно затихала. Слабый лунный свет уже