Они появляются в полночь

Один сосед утверждал, что там тайно собирались члены какого-то страшного культа. Ходили суеверные слухи о предметах, продававшихся в магазине: любовные зелья, таинственные амулеты, одежда, обладающая магическими свойствами.
Странная одежда… Вампиры… плащи — глаза, его глаза! «Это подлинный плащ».
«Я собираюсь вскорости оставить это дел о… Вам он принесет больше пользы».
Воспоминания вихрем пронеслись в голове Хендерсона. Он снова захотел посмотреть на себя в зеркало, выбежал в прихожую и на мгновение замер перед стеклом. Его охватил ужас. Он вскинул руку, заслонил глаза — в зеркале не было его отражения.
Вампиры не отражаются в зеркале.
Он вспомнил все, что произошло на вечеринке. Теперь он понимал, почему его вид пугал окружающих, почему в нем пробуждались странные желания, когда он смотрел на плечи, шею человека. И он чуть было не убил Линдстрома, идя на поводу у этих желаний. Господи, что же делать, должен же быть выход?
Всему виной этот непроницаемо-черный плащ, испачканный по краям могильной землей. Именно холодный как лед плащ внушал ему ощущение подлинного Вампира. Этот проклятый кусок ткани некогда служил одеянием живущему-в-смерти. Коричневое пятно на рукаве — засохшая кровь.
Кровь. Животворный красный ручеек. Все-таки прекрасно почувствовать языком его теплоту.
Нет! Это безумие. Я пьян или совсем лишился разума.
— А, вот ты где, мой милый Вампир.
Рядом снова стояла Шейла. И сразу пропал панический ужас. Сердце забилось тревожно и радостно. На него смотрели сияющие глаза, алые губы приоткрылись в манящем ожидании. Горячая волна желания захлестнула Хендерсона. Он видел ее хрупкую белую шею, окаймленную переливающейся чернотой плаща, и не было никаких сил, которые бы потушили пожар внутри него. Любовь, страсть, жажда — все переполнило его.
Эти чувства, вероятно, отразились в его глазах, но девушка не дрогнула, только ее взгляд источал то же пламя.
Шейла любит его!
Хендерсон больше не раздумывая распахнул плащ на шее. Ледяная тяжесть упала с плеч. Он легко вздохнул. Какая-то часть его сопротивлялась, — не желая, чтобы он освободился от плаща, но он уже не остановится ни перед чем. Нужно скорее сбросить эту зловещую, проклятую одежду. Он обнимет девушку, захочет поцеловать ее, и тогда…
Мысли путались у него в голове.
— Устал от перевоплощений? — спросила она. Девушка сняла свой плащ, представ перед ним во всем великолепии белоснежного одеяния ангела. Она была само совершенство. Глядя на ее окаймленное золотым ореолом лицо и стройную фигуру, Хендерсон не удержался от возгласа восхищения.
— Ангел, — шепнул он.
— Дьявол, — засмеялась она.
Какая-то неодолимая сила толкала их в объятия друг друга. Они словно стали единым целым. Хендерсон крепко сжимал в руке оба плаща. Их губы слились в поцелуе, время для них остановилось. Они стояли, завороженные охватившим их чувством. Внезапно группа гостей во главе с Линдстромом ворвалась в прихожую.
Увидев Хендерсона, толстяк побледнел и съежился.
— Ты… — прошептал он. — Ты хочешь…
— Просто уйти, — Хендерсон улыбнулся. — Мы уходим. — Взяв девушку за руку, он устремился к лифту. И дверь захлопнулась, оставив в прихожей бледного, оцепеневшего от страха Линдстрома.
— Мы покидаем их? — шепнула Шейла, тесно прижавшись к его руке.
— Да. Но мы не будем спускаться вниз, в мои владения, мы устремимся к тебе, на небеса!
— Ты хочешь в райский сад?
— Да, мой бесценный ангел. Я хочу целовать тебя среди райских кущ, окруженный облаками, и…
Пока лифт поднимался, их губы снова нашли друг друга.
— Ангел и дьявол. Какой фантастический союз!
— Я тоже подумала об этом, — призналась девушка. — Интересно, у наших детей будет нимб или рожки?
— Думаю, и то и другое.
Они поднялись на крышу дома. Здесь было царство праздника Всех Святых.
Хендерсон сразу почувствовал это. Где-то внизу, в ярко освещенной гостиной был в полном разгаре маскарад. Там веселился Линдстром со своими друзьями из высшего света. Здесь была безмолвная, темная, величественная ночь. Яркий свет, музыка, звон бокалов, шум разговоров — все это делало праздники похожими один на другой. Теперь все растворилось в ночи. Здесь чувствовалась торжественная тишина сегодняшней ночи.
Небо было темно-голубым. Густые облака, словно седые бороды невиданных гигантов, взиравших на оранжевый шар луны, нависли над землей. Пронизывающий ветер, дующий с моря, словно нашептывал разные истории, которые он принес с собой и теперь наполнял ими воздух.
По небу на свой шабаш спешили ведьмы. В зловещей тиши слышалось неясное бормотание