Опаленная судьбой

появилась из февральского тумана четыре года назад.
Делия выглядела расстроенной, но решительной, не терпящей возражений. Ей исполнилось двадцать, она была не замужем и носила ребенка. Она просила Хелен позаботиться о малыше.
Сначала Хелен противилась, не веря, что Делии удастся скрыть от семьи свою беременность, но потом сдалась. На пасхальные каникулы подруга отправилась в Грецию, а оттуда вернулась в университет. Отец с волнением следил за беременностью невестки и не заметил легкую полноту дочери.
Ребенка ожидали в июле, в сроках судьба улыбалась Делии. Оставив младенца на попечение Хелен, она успевала провести остаток каникул в Греции, не вызывая подозрения своим отсутствием.
Слабая улыбка тронула губы Хелен: Делия была такой же упрямой, как ее отец и брат.
Сильная рука сжала ее плечо, Хелен очнулась.
— Он из нашей породы, — мягко заметил Леон, обводя взглядом спальню мальчика. — Нам действительно нужно поговорить.
Их взгляды встретились, и у нее в горле моментально пересохло, а пульс участился. Леон заметил ее реакцию и многозначительно посмотрел на полуоткрытые губы, на взволнованно вздымавшуюся под голубым свитером грудь.
— Ты очень привлекательная женщина… возможно, есть любовник?
— Конечно, нет, — взвилась она, краснея до кончиков ушей.
— Отлично, — пробормотал он и поднес палец к ее губам. — Ш-ш-ш, мы же не хотим разбудить ребенка.
Ее губы защипало. Хелен опомниться не успела, как Леон вывел ее на лестницу.
— Можешь отпустить мою руку, — едва вымолвила она, бледнея от страха.
Леон убрал руку с ее локтя и молча спустился в гостиную, не сомневаясь, что она последует за ним. На секунду Хелен задержалась на последней ступеньке. Кем он, черт возьми, себя возомнил? Расхаживает здесь, как у себя в доме.
Она знала, кем: богатым властным мужчиной, который волей обстоятельств приходится дядей ее Николаса. И как бы сильно она ни хотела избавиться от Аристидеса, в интересах мальчика лучше не ссориться с ним.
Леон сидел на диване, голова откинута на спинку, глаза закрыты, верхняя пуговица на рубашке расстегнута, открывая взгляду стройную бронзовую шею. Он вытянул ноги перед собой, и ткань брюк натянулась, демонстрируя мощь и упругость бедер.
Хелен почувствовала, как в паху зашевелилось возбуждение. Леон Аристидес порой казался ей омерзительным, но, если объективно, в привлекательности ему не откажешь.
Взгляд ее блуждал по красивому мужскому» телу. Должно быть, он отличный любовник, решила девушка и густо покраснела: эротические фантазии не беспокоили ее раньше. Что с ней происходит? Она потерла ладони о джинсы, сглотнула ком в горле и… наткнулась на его пристальный взгляд. О боже! Он знает, о чем я думаю!
— Чашку кофе или чего-нибудь еще?
— Или… — Его взгляд лениво полз по ее фигуре, и по ее телу внезапно разлилось тепло, а кожа стала странно чувствительной. Ей показалось, что она ощущает каждую нитку в джинсах и свитере. — А что предлагаешь?
Его губы чувственно изогнулись, обнажая белые зубы, и Хелен приятно удивилась красоте его улыбки.
Разозлившись на себя, девушка взглянула куда-то поверх его плеча и выпалила первое, что пришло ей в голову:
— Чай или вино? Мой дед при жизни собрал неплохую коллекцию красных вин.
Хелена не была наивной простушкой и знала о плотском влечении полов — как-никак целый год встречалась с Кеннетом Мархамом, пока он не уехал в Африку спасать местных жителей от голода. Однако сегодняшние ощущения очень отличались от тех, которые она испытывала при свидании с Кеннетом.
— Я принесу вина. — Хелен стремительно бросилась вон из комнаты.
В кухне она перевела дух и еще раз напомнила себе, что никогда не восторгалась мужчинами породы «мачо», предпочитая романтичный и заботливый тип, подобный Кеннету, с которым можно болтать, не страшась потерять голову от любви.
Бутылка оказалась на верхней полке шкафа.
— Ты же крошка, разреши мне. — Хелен едва из кожи не выпрыгнула, увидев над головой мужскую руку.
— Я сама могу достать, — твердо сказала она.
— Готово. — Он пожал плечами, покачивая бутылку в руке. — Теперь дай штопор. Было бы неплохо сделать легкую закуску. Я слишком долго разыскивал твой дом и забыл о ленче. — Его глаза озорно сверкнули. — Бутерброды подойдут.
Она не пришла в восторг от его бесцеремонности, но спорить не стала. По крайней мере приготовление пищи отвлечет ее внимание от мыслей о сексуальности этого человека.
— Сыр? — Хелен наблюдала, как он ставит стаканы и бутылку на стол и садится на стул.
— Отлично, — спокойно заметил Леон и отпил вина.
Девушка быстро сделала два бутерброда и положила их на тарелку, спиной ощущая его жгучий взгляд.