Расследуя дело о якобы немотивированном убийстве своего коллеги, старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре России А. Б. Турецкий неожиданно выходит на производителей нового, доселе неизвестного наркотика. Раскручивая каналы сбыта этого убийственного зелья, «важняк» выясняет, что в его производстве и распространении заинтересованы весьма влиятельные силы, находящиеся на высших государственных постах.
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
Субботина, она же Кантурия, будем дальше комедию ломать, актриса вы наша всенародная? — обратился он к даме.
Тамара смерила недобрым взглядом хозяина кабинета.
— Вызывать пожилого человека, волновать его… — процедила она. — Прости, дядя Илико, что не позвонила тебе, — мягко сказала она Висницкому.
— Какая трогательная сцена! — усмехнулся Грязнов. — Просто плакать хочется. Но вы, Тамара Багратионовна, правы. Чтобы опознать вашу обворожительную личность, господин Висницкий не нужен. Там, в соседних кабинетах, — Грязнов ткнул пальцем в стену, — ваши подельники уже сдают вас оптом и в розницу.
Тамара лишь презрительно улыбнулась.
— Ну да, они мало что знают, — ответил за нее Грязнов. — А потому присаживайтесь, Тамара Багратионовна, к нашему столу. Поговорим.
— О чем? — резко спросил Висницкий. — Я еще раз предупреждаю, вы ответите…
— О лаборатории, — как бы не слыша угроз, проронил Грязнов.
— Какой лаборатории? — гневно воскликнул Илья Николаевич. — Да что, в конце концов…
— О подпольной лаборатории по производству триметилфентонила, или «китайского белка», или «полипептида Хуанхэ», как вам больше нравится. Где находится эта лаборатория? — резко спросил Грязнов, глядя на Висницкого.
Висницкий тряхнул головой, пытаясь понять услышанное. Но он ничего не понимал. Тамара отводила глаза.
— Я ничего не понимаю, — так и признался Илья.
— Ну, чтобы не затягивать нашу беседу, ознакомьтесь вот с этим.
Грязнов протянул Висницкому лист бумаги. Пока Илья Николаевич доставал из кармана очки, Тамара устремила взгляд на листок. Лицо ее начало розоветь. Она опустила глаза.
— Полипептид Хуанхэ… — начал вслух читать Висницкий, — представляет собой… — далее он только шевелил губами. — Здесь моя подпись? — недоуменно спросил он Грязнова.
— Это вы меня спрашиваете? — в ответ поинтересовался тот. — Насколько я понимаю, подпись именно ваша. Мы сравнивали. Правда, в виде ксерокопии. Факсимиле, так сказать.
— Но я этой бумаги не подписывал… Я вообще о таком веществе впервые слышу…
— Ну да. Не слышал, не видел. Господин Висницкий, а ведь нам придется вас задержать. И поместить в СИЗО. Поскольку под видом этого самого «полипептида» продавался страшной силы наркотик. Прямо в аптеке. И как вы будете сидеть с уголовниками, не представляю…
— Оставьте его в покое, — вдруг сказала Тамара. — Дядя здесь ни при чем.
— Ну да, мой дядя самых честных правил… — съехидничал Грязнов.
Тамрико подняла на него черные глаза, сверкнувшие гневом.
— Я заявляю, заявляю официально и требую, чтобы мое заявление было внесено в протокол. Илья Николаевич ничего не знал об этом документе. Я его сделала сама. На ксероксе. Взяла одно распоряжение с его подписью, наложила сверху нужный мне текст и пропустила через ксерокс. Все. Это элементарно.
— Зачем, Тамара? — изумленно спросил Висницкий.
Тамара не смотрела на него.
— Ну вот у нас и первое признание, — обескураженно прокомментировал Грязнов.
— И последнее, — сверкнув очами, проронила Тамара.
— Девочка моя, а ведь вам светит три года за хранение дури и десять лет за провоз. Не говоря уж о таких мелочах, как фальшивый паспорт.
— Поищите девочек в своей приемной, — прошипела Тамрико, с ненавистью глядя прямо в глаза Грязнова. От этого звериного взгляда у Славы даже пробежали мурашки.
— Я так понял, что вы больше говорить не намерены? По крайней мере, сегодня? — стараясь сохранять спокойствие, спросил он Тамару.
— Попрошу показать мне протокол допроса, — ледяным тоном потребовала она.
— Ну уж вы, пожалуйста, приказов не раздавайте. Здесь я хозяин, — начал заводиться Грязнов.
Предупреждающе кашлянул Погорелов.
— Вячеслав Иванович, вот протокол, — протянул он Грязнову несколько листков.
Пробежав глазами текст, Грязнов передал листки Тамаре. Та очень внимательно их изучила.
— Кто ведет мое дело? — осведомилась она.
— Ваше дело по обнаружению подпольной лаборатории, производящей триметилфентонил, ведет руководитель следственно-оперативной группы старший следователь по особо важным делам при Генпрокуроре России, старший советник юстиции Турецкий Александр Борисович. Устраивает?
— Это вам мой адвокат сообщит. И больше в отсутствии адвоката я ни слова не скажу.
— А в присутствии? — почему-то не удержался Грязнов.
— И в присутствии — тоже.
«Все смешалось в доме Облонских» — этой тоже давно расхожей фразой классика можно обозначить ситуацию в доме Нино Свимонишвили. Известие о задержании Тамрико с товаром было получено.
