Расследуя дело о якобы немотивированном убийстве своего коллеги, старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре России А. Б. Турецкий неожиданно выходит на производителей нового, доселе неизвестного наркотика. Раскручивая каналы сбыта этого убийственного зелья, «важняк» выясняет, что в его производстве и распространении заинтересованы весьма влиятельные силы, находящиеся на высших государственных постах.
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
подчиненным Грузанов.
Нина Свимонишвили небрежно сбросила с плеч норковое манто, которое тут же подхватил кто-то из ее свиты, прошла к своему письменному столу, села в крутящееся кожаное кресло, принялась неторопливо выдвигать ящики. В кабинет вошел один из оперативников МУРа.
— Владимир Юрьевич, — обратился он к Фрязину, — вот, посмотрите, изъяли у посетителей.
Он выложил на стол хозяйки кабинета пару коробочек с ампулами, одноразовые шприцы и пакетики с желтоватым порошком.
Госпожа Свимонишвили мельком глянула на стол, пожала плечами: дескать, я-то при чем?
Володя взял одну из ампул. Мутноватая, желтоватая жидкость. Он уже видел такие ампулы раньше.
— Судя по виду, «китайский белок»? — неизвестно кого спросил Фрязин, посмотрев при этом на Нину Вахтанговну.
Ресницы женщины слегка дрогнули, но лицо осталось непроницаемым, сохраняя холодную презрительность.
— Мы, конечно, ничего не знаем, — вроде как про себя пробормотал Володя.
Но что-то в кабинете его настораживало. Он еще раз осмотрел присутствующих. Ну да, нет белесого охранника. Когда же он исчез? Володя вспомнил, что тот открывал дверь кабинета, чтобы пропустить хозяйку, потом была возня в зале, которая всех отвлекла, а потом… потом он его не видел!
— Оформите изъятие и задержите владельцев, — бросил оперативнику Фрязин, направляясь к двери.
— А что, налоговое управление и наркотики ищет? — услышал он за спиной насмешливый женский голос с грузинским акцентом. Чертыхнувшись про себя, Фрязин вышел в коридор.
Там никого не было. Володя быстро пошел в противоположную игровому залу сторону.
Коридор огибал служебные помещения каким-то замысловатым образом. Фрязин завернул за угол и увидел белесого. Тот не спеша шел ему навстречу, на ходу застегивая ширинку.
— Тебе чего, мужик, тоже в сортир надо? — обаятельно улыбаясь, поинтересовался он. — Пойдем, провожу.
Фрязину ничего не оставалось делать, как пройти под конвоем в сверкающий чистотой туалет.
Они вернулись в кабинет вместе. Нина Свимонишвили быстро глянула на охранника и отвела глаза. Майор Грузанов внимательно рассматривал лицензию. Документ был в полном порядке.
— Товарищ майор, приехал представитель банка, — отрапортовал сотрудник физзащиты, пропуская в кабинет крупного рыхлого мужчину лет тридцати в очках с сильными линзами.
Мужчина отыскал глазами госпожу Свимонишвили. Его испуганный взгляд как будто вопрошал о чем-то. Встретившись с непроницаемым взором черных грузинских глаз, он вздохнул и спросил присутствующих:
— В чем дело, господа? Какая крайняя необходимость заставила вас поднять занятого человека среди ночи с постели?
Майор Грузанов в очередной раз пропел про проверку заведений игорного бизнеса и предложил представителю банка дать команду своей бдительной сотруднице открыть неприступные двери, дабы удостовериться в абсолютной правильности проведения операций по обмену валюты на территории казино. Представитель банка пожал плечами — дескать, мы что? мы пожалуйста! — и направился к обменнику, сопровождаемый Грузановым, ребятами из налоговой, Фрязиным и подчиненным ему оперативником МУРа. Еще двое остались у кабинета госпожи Свимонишвили, которая наотрез отказалась присутствовать при проверке обменного пункта.
— Катерина, открой, — приказал рыхлый мужчина, стукнув костяшкой пальца в закрытое окошко. — Это я, Альберт Григорьевич!
Но Катерина не отзывалась. Сделав еще две безуспешные попытки докричаться до несговорчивой Катерины, представитель банка недоуменно пожал плечами, достал собственную связку ключей и отомкнул замки. Фрязин, предчувствуя неладное, оттеснил его плечом и распахнул металлическую дверь. Девушка сидела спиной к входу, лицом к открытому настежь сейфу. Одна рука лежала на столике, в ней был зажат шприц. Фрязин шагнул внутрь, заглянул в ее бескровное лицо. На него смотрели пустые, с расширенными зрачками глаза. Другая рука девушки безвольно свисала вдоль туловища. Володя тронул запястье. Пульса не было, девушка была мертва.
Такси остановилось.
— Ну вот. Череповецкого, дом четырнадцать. Приехали.
Шофер все еще с опаской поглядывал на щуплого пассажира. Андрюха смотрел на улицу. «Свалить, может? — мелькнула у него отчаянная мысль. — Я-то, может, и свалю, так этот гад мамашу достанет». Андрюха опять вспомнил задушенную Читу. В этот момент из парадного соседнего дома, под номером 12, не спеша вышел Митяй. Сунув водителю деньги, Андрюха вышел из машины. Митяй подождал, когда такси отъедет, и подошел к Андрюхе.
— Ну как, порядок?
— Ой, Митяй, я думал,
