Расследуя дело о якобы немотивированном убийстве своего коллеги, старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре России А. Б. Турецкий неожиданно выходит на производителей нового, доселе неизвестного наркотика. Раскручивая каналы сбыта этого убийственного зелья, «важняк» выясняет, что в его производстве и распространении заинтересованы весьма влиятельные силы, находящиеся на высших государственных постах.
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
там дамский журнал, заложенный закладкой, протянула Надежде. Та развернула журнал и увидела броский, через весь разворот заголовок: «Как я воскресла».
Женщина принялась торопливо читать статью.
— Да, — подняла она глаза на Нино. — Все как у меня. Но тут не указана его фамилия.
— Конечно. Он не афиширует себя. Иначе не отобьешься от желающих. Да и наехать могут, сама понимаешь. Можно решить, что он богач, а он денег вовсе не берет. Но я съездила в редакцию, умолила их дать его координаты и уже звонила ему. Он согласен за тебя взяться!
— Я не знаю, — растерянно проговорила Надя, — через десять дней я уже ложусь в клинику.
— Но ты ведь можешь попробовать. Это ничего не стоит. Я же говорю, он лечит бесплатно. Так, берет пожертвования на храм, кто сколько может дать, да и то после выздоровления. Результат будет виден уже через две недели, так он сказал. Если, конечно, ты начнешь немедленно. А операция никуда не уйдет. Две недели ничего не решают. Подумай, ты можешь остаться полноценной женщиной! К тому же сейчас все больше сторонников консервативного лечения опухолей. Ведь даже некоторые онкологи считают, что опухоль лучше не трогать. Гематогенный разнос и все такое…
Глаза Надежды опять наполнились слезами.
— Дня три тому назад ты говорила совсем другое… — еле выговорила она дрожащими губами.
— Но я ведь не знала об этом человеке. Конечно, мне хотелось тебя утешить. Но это совсем другой вариант — быть не калекой, с вырезанными внутренностями, а нормальной, цветущей женщиной. Ты бы слышала, с каким восторгом о нем говорили в редакции. Он и там кому-то из сотрудников помог. Ну что? Соглашаешься?
— Илья меня засмеет, — почти сдалась Надежда.
— А ты не говори ему. Вообще мужчин поменьше надо посвящать в женские дела. Ну что, звоним?
И Надежда кивнула. Нино набрала номер по стоявшему рядом телефону. В трубке послышался низкий мужской голос:
— Якушин слушает.
— Я к вам по поводу моей родственницы, — начала Нино, — помните, я вчера звонила…
Почему Надежда согласилась на предложение Нино? Здоровому человеку трудно понять психологию обреченного. Убежденные атеисты становятся глубоко верующими, высокообразованные люди кидаются к колдунам и знахаркам. Страх перед мучительным, долгим умиранием, когда ты остаешься один на один с чудовищем по имени «рак», лишает людей здравомыслия, заставляет совершать самые странные поступки. И Надя, всегда относившаяся к семье брата с недоверием, вдруг поверила Нино, устав от своих страхов, нервозности и подозрительности. И сделала первый шаг к своей гибели.
— Здесь, пожалуйста.
Надежда остановила такси, рассчиталась. Подошла к массивной двери парадного. Взглянула на запястье. Без десяти двенадцать. Еще можно отказаться. Она беспомощно оглянулась назад, но автомобиль уже уехал.
«Да что же это я? Надо решаться!» — приказала себе Надежда. Но ноги продолжали топтаться на месте, а глаза непроизвольно искали на дороге свободную машину. Еще секунда — и Надежда бросилась бы голосовать, поддаваясь какому-то безотчетному страху. Но тут дверь парадного распахнулась, и на пороге появился высокий молодой мужчина скандинавской внешности.
— Надежда Михайловна? — с улыбкой спросил он низким голосом.
— Да, — пролепетала Надежда.
— Что же вы не заходите?
— Кто, я? — краснея, как школьница, проговорила Надя.
— Вы, конечно, — продолжал обаятельно улыбаться мужчина. — Ну что вы так перепуганы? Пойдемте, я не кусаюсь.
Он бережно взял Надежду под локоток, пропуская ее вперед. Продвигаясь на ватных ногах к лифту, Надя мучительно думала, на кого же похож экстрасенс. Кажется, на актера Видова. Или Збруева? Господи, ничего не соображаю, сказала себе она, не смея поднять глаз на целителя в тесной кабинке лифта.
— Проходите, — пригласил ее тот, отперев дверь квартиры. В небольшой прихожей слабо светилась настольная лампа, стоявшая на старинном дубовом комоде. Рядом с лампой высвечивалась фигурка Будды, вырезанная из темного дерева. Якушин помог женщине снять шубу, провел ее в комнату. Довольно большая, метров в двадцать с лишним, комната казалась тоже почти пустой. Окно было занавешено плотной шторой и почти не пропускало уличный свет. В одном углу комнаты стоял журнальный столик и два кресла. В другом — высокая ширма, затянутая китайским шелком, расписанным изломанными японскими соснами. Середину комнаты занимало некое сооружение — не то низкий широкий стол, не то высокое ложе, покрытое темной тканью. На столике стоял фарфоровый чайник и пиала, рядом опять-таки располагался деревянный Будда. Все это освещалось настенным светильником. То тут, то там
