Расследуя дело о якобы немотивированном убийстве своего коллеги, старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре России А. Б. Турецкий неожиданно выходит на производителей нового, доселе неизвестного наркотика. Раскручивая каналы сбыта этого убийственного зелья, «важняк» выясняет, что в его производстве и распространении заинтересованы весьма влиятельные силы, находящиеся на высших государственных постах.
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
сотового телефона.
— Привет, старик, с добрым утром! — раздался противный голос Грязнова. Вообще-то баритон Вячеслава Ивановича противным не был, но в данную минуту…
— Привет, — кисло отозвался Александр, глядя вслед выпорхнувшей из купе Наташе. Она еще и язык ему в дверях показала!
— Ты что такой кислый? — удивился товарищ.
— А чего ты звонишь не вовремя? — не удержался от упрека Саша.
— Не понял, — ошалел Грязнов.
— Случилось что-нибудь? — спохватился Александр.
— Да ничего не случилось. Проверка связи. Разбудить тебя решил. Уже почти семь утра. Думал, ты обрадуешься.
— Извини, старик. Да я и не спал. Просто ты это…
— Не вовремя, что ли? — вконец обалдел Грязнов. — Ты чем там занимаешься, ловелас старый? Прямо в поезде?
— Да нет, Слава, ну что ты, ей-богу! У меня попутчик — очень ценный консультант по нашему делу. Может оказаться нам весьма полезен.
— Понятно. Хорошенькая? — ехидно спросила трубка.
— Перестань, — улыбнулся Александр.
— Ладно, позвонишь сам. Ну ты даешь… — напоследок хохотнул Грязнов и дал отбой.
Турецкий выскочил в коридор. Пассажиры еще спали. Проход был абсолютно пуст, Наташи не было видно. Быстро прикинув, где расположен вагон-ресторан, Саша помчался в нужном направлении. Высовывались из служебных купе и испуганно таращились ему вслед сонные проводники. В ресторане он увидел то, что было нужно. На пустых столиках стояли вазочки с разноцветными игольчатыми астрами. У одного из столиков сидел толстый буфетчик кавказской наружности и мрачно пил коньяк в полном одиночестве. Саша подлетел к нему.
— Слушай, командир, продай мне цветы!
Турецкий протянул пятидесятитысячную купюру. Буфетчик равнодушно взглянул на Сашу, на купюру, не прерывая своего занятия и никак не реагируя на просьбу.
— Продай, прошу! Вы ведь все равно на перерыв уйдете. Дня на два. Цветы завянут. А мне они очень нужны!
— Зачэм? — меланхолично спросил горец.
— Я хочу подарить их. Женщине. Ну а где я сейчас в поезде найду цветы? Продай, очень прошу!
Толстяк уставился в окно, обдумывая услышанное. Турецкому хотелось треснуть по круглой кудрявой башке, но он сдерживался.
— Маладэц! — наконец вынес он свой вердикт. — Обычно напоят женщину, переспят — и гуд-бай! А ты цвэты хочешь падарит… Маладэц! Джигит! Забирай все!
Ловким движением пальцев грузин выхватил голубоватую купюру, освободив тем самым руки Турецкого для более нужного занятия. Саша быстро обошел столики, собрал цветы. Букетик получился очень даже симпатичным.
— Падажды, — остановил его горец. — Слушай, куда цветы поставишь, нэ падумал, да?
С этими словами толстяк оторвал свое могучее туловище от стула и протянул Саше вазочку.
— Тепер иды! — разрешил он.
Саша тихонько открыл дверь купе. Наташа лежала на спине, закинув руку за голову. Ноги были согнуты в коленях и прикрыты покрывалом. Женщина спала. Александр тихонько поставил в ее изголовье вазочку с цветами, полюбовался ее спокойным во сне лицом, сел напротив.
Он просидел не шелохнувшись до тех пор, пока вагон не ожил. Потом принес две чашки с дымящимся кофе. Поставил одну около Наташи. Она потянулась, выгнулась, как большая, красивая кошка, возбуждая в Александре бог весть какие желания, и распахнула серые глазищи. Посмотрела на цветы, вдохнула кофейный аромат, потом перевела взгляд на Александра.
— Как в кино, — промолвила женщина.
…Грязнов вернулся в Москву уже через два дня. Вечерним поездом. Добравшись домой, первым делом позвонил Ирине.
— Ириша, здравствуй, привет тебе от тетушки.
— Слава? Уже вернулся? Ну здравствуй. Как съездил?
— Удачно, Ириша, удачно. Тетушка у тебя — класс! Я уж думаю, не взять ли мне ее внештатным сотрудником. Я тебе посылочку от нее привез. На днях заброшу. Как Ниночка?
— Спасибо, уже поправляется.
— Добро. А что благоверный твой, звонит?
— Да. Каждый день. У него там работы много.
— Сейчас я ему сам звякну, узнаю, как он там работает. Ну до свидания, Ириша. Если что нужно будет, звони. И спасибо тебе за аптеку. С меня причитается.
— Ладно тебе, — рассмеялась Ирина. — Ну счастливо, Слава. Ниночке пора ингаляцию делать.
Потом Слава позвонил Погорелову, узнал последние новости. Выслушав Валентина, прогудел в трубку:
— Хорошо. Будем ждать событий. Я о своих успехах завтра расскажу. Пока.
Третий звонок был уже Александру. Грязнов набрал номер его «дельты» и тут же услышал голос друга.
— Привет командировочным!
— Славка? Ты откуда?
— Я уже из дома. А вы где находитесь, товарищ старший по группе?
