Опасные удовольствия

скрип. Скрип, скрип.
– Ну да! В темноте едва можно различить, – подтвердила Мэдлин. Скрип челюсти внезапно прекратился. Ему явно хотелось послушать. – И поскольку я очень стеснительная, то предпочитаю не заниматься… любовными делами при свете ламп. – Мэдлин опустила глаза, будто бесстыдство этих слов истощило ее силы. – Но похоже, придется делать это при свете или никаких отношений не будет вообще.
– Как давно вы замужем, мадам? – Макбрайд задумчиво потер подбородок.
– Мне кажется, целую вечность, но на самом деле всего два года.
– Но вашему мужу хочется доставить вам удовольствие?
– Он живет ради этого.
У черепа клацнули челюсти, с такой силой Колин поставил его на полку. Макбрайд пробормотал что-то, отчасти предупреждая, отчасти сочувствуя Колину.
– Это весьма похвально, – снова обратился он к Мэдлин. – Но для вас обоих это проблема, – рассудительно продолжал он. – А я живу ради своих клиентов и приготовил кое-что новенькое, что может помочь вашей беде. И один из моих клиентов, я не могу назвать его имени, он, знаете ли, из высшего общества, уже попробовал это снадобье и снова пришел за ним.
– Сэр… Могу я узнать… Как оно действует? Оно оказывает влияние на размер или… – Мэдлин деликатно замолчала.
– Оно помогает увеличить объем, мадам. – Макбрайд от усердия, похоже, забыл о стеснительности. – С помощью волшебства науки, природы и моего мастерства снадобье намного улучшит то, что у мужчины есть.
– В таком случае это действительно чудо, – задумчиво произнесла Мэдлин. – Мы подумаем о вашем эликсире. Но муж все равно будет пытаться доставить мне удовольствие тем, чем наградила его природа. Он – гордый человек. Просто я услышала о ваших чудодейственных препаратах и захотела зайти поговорить, а муж выразил желание сопровождать меня. Спасибо, сэр, за ваш совет, Но у меня к вам еще одно дело.
– Замечательно. – В голосе Макбрайда прозвучал сдержанный оптимизм. Ее первая проблема была почти непреодолима, неизвестно, какой будет вторая.
Мэдлин осторожно положила на прилавок серебряную пуговицу.
Макбрайд посмотрел на нее, затем перевел взгляд на Мэдлин. На этот раз она разглядела пару голубых глаз, сверкнувших из-под очков.
– Я бы хотела получить за нее шесть шиллингов, – сказала Мэдлин, на тот случай если бродяга из грязного переулка дезинформировал их.
– Один, – мгновенно отреагировал Макбрайд. Так, хорошо.
– Вы меня за дурочку держите? – холодно поинтересовалась Мэдлин. – Пять шиллингов.
– Пять! – Макбрайд пришел в ярость. – Не будь вы красавицей, мадам, я бы… – Он что-то бессвязно пролопотал, но игра была превосходной. – Три с половиной шиллинга.
– Четыре шиллинга и не фартингом меньше. Это редкая серебряная пуговица.
Они смотрели друг на друга через разделявший их прилавок.
Потом Макбрайд вздохнул, полез в карман и достал бархатный кошелек. Отсчитав четыре шиллинга, он вложил их в протянутую ладонь Мэдлин.
– Еще нам нужен большой сюртук, синий или черный. Или камзол, или плащ с капюшоном. У вас есть что-нибудь в этом роде?
– Увы, вам придется поискать в другом месте. У меня, мадам, только пуговицы, цепочки для часов и драгоценный металл. Возможно, редкая книга, но я их держу только для друзей. Мой конек – небольшие, но роскошные вещицы. Миссис Бандикросс с улицы Лорример-лейн продаст вам рубашку или носовой платок, но камзолы или сюртуки… – Макбрайд покачал головой. – Ума не приложу, где вы найдете то, что вам необходимо. Разве что на Бонд-стрит.
Оба рассмеялись над абсурдностью этих слов. Бонд-стрит находилась на космическом расстоянии от Сент-Джайлз-стрит.
– Спасибо, сэр, спрошу еще где-нибудь.
Они обменялись поклонами и реверансами и разошлись, каждый думал, что провернул удачную сделку.
Следом за Мэдлин Колин молча вышел из магазина на шумную улицу. Они слились с толпой и некоторое время шли, не разговаривая друг с другом.
– Я чувствую себя униженным, – произнес, наконец, Колин.
– Сомневаюсь, – сурово возразила Мэдлин. Колин рассмеялся в ответ, и Мэдлин шикнула, успокаивая его.
– Но вы преследовали именно эту цель, не так ли? Вы действительно считаете, что мое самолюбие настолько неуязвимо, мисс Гринуэй? Что меня невозможно оскорбить?
– Прекратите, – процедила сквозь зубы Мэдлин.
– Что вы имеете в виду?
– Прекратите попытки расположить меня к себе, мистер Эверси. Напрасный труд.
– Потому что вы уже на моей стороне? – с надеждой предположил Колин.
– Потому что это невозможно.
– Но мы могли бы стать друзьями, раз уж решили помогать друг другу.
– Это не шутка.