Красавец повеса Колин Эверси обвинен в убийстве и приговорен к смерти, а единственный свидетель, способный подтвердить его невиновность, бесследно исчез!Но таинственная Мэдлин Гринуэй спасает Колина буквально у эшафота и увозит в неизвестном направлении.Кто заплатил красавице авантюристке за его спасение?И кто снова и снова продолжает вести за ними охоту?Колин должен ответить на эти вопросы – хотя бы ради того, чтобы защитить от неизвестного врага женщину, которая стала ему дороже жизни.
Авторы: Лонг Джулия Энн
заставляет меня смотреть на вещи и высказывать свое мнение. Скоро она превратит меня в женщину. Вот в это верилось с трудом.
– Синие глаза и раздвоенный подбородок. Спасибо, вы нам очень помогли, мистер Крокер. А рост? Он такой же высокий, как я? Или вашего роста? – Лакеи обычно высокого роста, по крайней мере, в богатых домах, которые могли позволить себе самых высоких лакеев с тонкими икрами ног.
И если этот лакей служил в доме, о котором подумал Колин, то они могли себе позволить подобрать симпатичных высоких лакеев.
– Роста он примерно вашего, мистер Эверси, может быть, чуть пониже.
У Колина был еще один, самый важный, вопрос.
– Вы обратили внимание на его чулки?
Мэдлин посмотрела на Колина.
– Светло-голубые, не белые… Как… молоко, с которого сняли сливки. И шелковые, – с готовностью ответил Крокер, поскольку его постыдная осведомленность в вопросах одежды уже перестала быть тайной.
Ну что ж, это действительно был лакей из дома графа Малмси. Захватывающе, учитывая историю с графиней.
– Спасибо, мистер Крокер. Мы увидим вас собственной персоной?
– Конечно, мистер Эверси. – Крупный лысый мужчина попятился, и дверь захлопнулась.
Рядом с дверью виднелись крючки, предназначенные для развешивания кастрюль, фартуков и всякой ерунды, которую можно было повесить на них. Колин отыскал метлу, сунул ее за крючки, практически заперев дверь на засов. Стул он придвинул к столу.
Мэдлин чувствовала себя неуютно в комнате с единственным выходом. Она осмотрелась, заметила окно, прикинула в уме его размеры. Подошла, толкнула его, и окно немного приоткрылось, впустив поток пропахшего доками воздуха. Мэдлин прикрыла его и выдохнула. Она поняла, что сможет быстро выбраться из комнаты, правда, она не была уверена насчет Колина Эверси, если до этого дойдет. Ну что ж, ее представление о чести может меняться, напомнила она себе.
Ей пришло на ум, что несколько лет назад, когда она входила в комнату, ей даже в голову не приходило оценивать возможности входа и выхода. Вряд ли другие женщины рассматривают комнаты с этой позиции. Она не сомневалась, что сейчас Колин Эверси следил за ней взглядом; красивое лицо не выдавало его мыслей, только восхищение. Мэдлин отказывалась думать о тех женщинах, к которым он, несомненно, привык. Безупречная Луиза Портер, графиня, изысканные дамы полусвета.
Кроме всего прочего, она сомневалась в том, что существуют женщины, подобные ей.
Колин тоже обошел комнату. Он заглянул в корзину с луком, выбрал три луковицы и начал ими жонглировать. Его таланты росли с каждой минутой.
– Итак, миссис Гринуэй… – Он продолжал жонглировать луковицами, – Меня поразило, насколько комфортно вы ощущали себя на Сент-Джайлз-стрит. Сбыт краденого и все такое прочее. Вам явно знакомы законы преступного мира, вы владеете сленгом.
Мэдлин слушала молча, оценивая его тон: четкий, ироничный, невозмутимый, заинтересованный. Он явно к чему-то клонит.
Луковицы еще несколько раз взлетели в воздух. Мэдлин следила за ними, ей трудно было оторвать глаза.
– Вам, похоже, и здесь, в доках, уютно.
– Задавайте свой чертов вопрос, мистер Эверси, – сказала Мэдлин.
Колин хмыкнул при слове «чертов», продолжая жонглировать луковицами.
– Хотелось бы знать, что у вас за «работа»? В какой области вы совершаете преступные действия? Наверняка это что-то утонченное, если вам нужен «посредник». Убийства в пабах – не для вас.
Все это Колин произнес шутливым тоном, но слова с напряжением срывались с губ. Мэдлин с опаской посмотрела на него, напомнив себе, что она не знает этого человека – он не предсказуем.
– Строго говоря, я не преступница. Я… разработчик. И еще я берусь, скажем так, за деликатную работу для тех, кто может позволить себе заплатить за нее.
– Понятно. Значит, вы – наемница.
Мэдлин не нравилось это слово. Но сейчас она впервые поняла, что это слово как нельзя лучше характеризует то, чем она занимается.
– Как вам будет угодно, – сухо ответила Мэдлин.
– Я считал, что наемница должна разбираться в порохе.
Его слова задели Мэдлин за живое.
– Уверяю вас, я меткий стрелок. Просто порох… оказался неудачным.
– Вы могли сегодня умереть, – задумчиво произнес Колин.
– Благодарение Богу, я спасла вас, чтобы вы имели возможность спасти меня.
Колин издал хрюкающий звук, надо полагать, это был смех.
Мэдлин раздражало, что Колин жонглирует луковицами, поскольку атмосфера в комнате накалилась до предела, Мэдлин с трудом сдерживалась, чтобы не выстрелить по одной из луковиц.
Если
