толстыми даже не губами, а губищами, кивнул и насмешливо сказал:
— Ангел. Я так и думал, что мне снова придётся сразиться с паршивым пернатым отродьем. Однако, за это время ангелы изрядно подросли, но это ничего не значит. Против доброго иринитового меча ещё ни одному ангелу не удалось устоять.
Хианк-Сарн тут же нанёс первый удар, нацелив остриё грозного меча, похожего на римский гладиус, в сердце моего призрачного воина. Вот тут-то для меня и настал момент истины, а именно, предстояло выяснить, насколько я хорош в фехтовании, этом единственном виде боевых единоборств, которому я придавал значение, сам не знаю почему. Вообще-то ангелы плохие фехтовальщики, а с появлением у людей огнестрельного оружия и вовсе перестали интересоваться им. Сдали, так сказать, в архив за ненадобностью. Мне нравилось сражаться на мечах с нашим наставником по боевой и тактической подготовке майором Зартуэлем ар-Дойром. Этот старый ангел, которого так недолюбливал мой папаша, исповедовавший доктрину «Бесшумной смерти», научил меня многому, вот только старшие командиры смотрели на моё увлечение не просто косо, а с плохо прикрытым презрением. А зря, скажу я вам. Сейчас мне очень пригодилось древнее ангельское умение разить атлантов и гипербореев своими длинными мечами.
В руке Альфы мгновенно появился ослепительно белый, сверкающий полутораручник и мы совместными усилиями отразили коварный и очень опасный удар атланта. Причём с такой силой, что того отбросило назад и ещё крутануло, но краснокожий убийца устоял на ногах и снова встал в стойку. Сверля моего призрачного воина всеми тремя буркалами, он громко взревел:
— Ну, ничего, это мой первый удар! Второй будет точнее, и когда я тебя достану, пернатое, ты почувствуешь дикую боль, и твою плоть охватит пламя, после чего я разрублю тебя на куски. В моё время я именно так покончил с тысячами ангелов.
Это была весьма интересная и полезная информация. Выходит, что мне выпала честь сразиться с тем атлантом, которые часто проникали на Небеса только с одной целью, убить как можно больше ангелов, чтобы впитать в себя их жизненную силу. Видимо только поэтому Хианк-Сарн и сумел выжить, превратившись в живую мумию много тысяч лет назад. В магии, скорее всего, он был не слишком силён, зато наверняка был отменным фехтовальщиком, и хотя потерял большую часть своей физической силы, ловкости и быстроты, мне предстояло с ним помучиться. Во всяком случае, я уже понял одно, мои призрачные воины почти не уступали ему в силе, но при этом я не должен забывать, что атланты были жутко выносливыми существами и ещё чудовищно свирепыми. Всё так, но у меня под рукой было целых три призрачных бойца и я в любой момент мог объединить их, да, вот беда, хотя это и была всего лишь магия, их силы поэтому были отнюдь не беспредельными. Хотя бой только начался, мне уже нужно было экономить силы Альфы, и потому тот не сдвинулся с места и даже не соизволил ответить атланту на его наглые речи. На это ведь тоже требовались силы, пусть и небольшие.
Наоборот, плавно поигрывая полутораручником, показывая краснокожей волосатой образине, что меч в его руках может порхать, как бабочка, Альфа, то есть я, принялся выбрасывать с помощью магии наружу пустые консервные банки, а Гамма тут же превращал их в пластины и передавал Бете. Сианирт, конечно, это не иринит, но из него получаются на диво прочные и лёгкие доспехи, которые были мне ох как нужны. Иринит ведь действительно оказывал губительное воздействие на ангельскую и демоническую плоть, как, впрочем, и удары ангельских крыльев на плоть атлантов. Поэтому, угрожающе выставив вперёд концы своих громадных крыльев, я принялся вместе с Альфой, не прерывая работы над доспехами, молча разглядывать Хианк-Сарна, и при этом ещё и насмешливо улыбался. Нервы у атланта, надо сказать, были ни к чёрту, раз он заорал:
— Что пялишься, ангельская морда? Сейчас я сотру с твоей мерзкой рожи, эту поганую ухмылку.
И тут же бросился в атаку. Вот тут-то мне и пригодились уроки старого Зартуэля. Развернувшись к атланту вполоборота, я принял ангельскую боевую стойку — правая нога выдвинута вперёд, левая отодвинута назад, а ступня повернута перпендикулярно ступне правой ноги и, вообще, обе слегка согнуты в коленях. Правое крыло поднято высоко вверх и свисает вниз под углом, чтобы наносить удары сверху, а левое, словно щит, закрывает левый бок и тоже нацелено на противника, чтобы бить по нему снизу. Меч Альфа держал двумя руками, располагая длинный эфес на уровне живота, причём широким хватом. В общем, я ушел в глухую оборону и не собирался наносить по врагу слишком уж мощных ударов. Пустив в ход, как меч, так и крылья, стараясь не сдвигаться лишний рас с места, я принялся методично и размеренно
