в ход магию, чтобы залатать дыры и вернуть себе подвижность. Пустил в ход магию и я, но уже совсем иную — магию магических двойников врага. Имя Хианк-Сарн было настоящим, и как только я сконструировал магическую формулу и привёл её в действие, стальная коробка мигом наполнилась двумя с половинами маленьких, около метра в высоту, призрачный красных атлантов, вооруженных магическими мечами и все они моментально набросились на древнего мага.
Атлант точно не знал о такой магии и потому принялся рубить своих двойников-недомерков с небывалой яростью. Именно этого я от него и добивался. Магическая формула была сконструирована таким образом, что чем сильнее Хианк атаковал своих двойников, тем больше сил вливал в них, а этот подлец скопил уже немало жизненной силы. Поэтому атаки маленьких красных бестий сделались ещё ожесточённее, и они без малого обрели, чуть ли не физические тела. Вот тут-то мой крылатый призрачный воин и пустился во все тяжкие, начав рубить атланта, как заправский мясник, вот только мясцо у того оказалось попрочнее гранита и мало в чём уступало той стали, из которой по приказу Лаврентия Павловича изготовили узилище. Древний воин взревел, как целое стадо самых здоровенных паровозов, но мне от его рёва было ни холодно, ни жарко. Бой разгорелся с невиданной силищей. Хианк-Сарн вертелся юлой, его меч беспощадно разил красных бестий, но те становились только сильнее и быстрее. Правда, краснокожее чудовище не спешило ослабевать, хотя после каждого мощного удара, нанесенного мечом по его башке, оно уже не просто вздрагивало, а содрогалось. Маг-атлант всё же нашел, чем меня удивить.
Он стал медленно, но неуклонно увеличиваться в размерах и я не знал, как долго это будет продолжаться. Мне было непонятно, откуда этот гад черпает силы, но они в нём тоже прибывали. Понимая, что всё может закончиться для меня печально, я снова решил применить боевую магию, но теперь уже куда более опасную и, можно сказать, запрещённую на Небесах. По всем восьми углам стальной коробки стали разгораться фиолетовые, искрящиеся голубым шарики размером с апельсин. Как только мои магические гранаты были готовы к бою, я принялся метать их в древнего мага, с пока ещё не очень большой силой, но по замысловатым траекториям, чтобы он не мог их отразить, и очень метко. Двойникам Хианка они не причиняли никакого вреда, зато на его теле взрывались мало того, что с оглушительным грохотом, так ещё и прожигая его прочнейшую красную шкуру. Мой враг немедленно вскинул вверх левую руку, чтобы защитить глаза, и взвыл от боли. Одновременно с этим он перестал обращать внимание на своих, также немного подросших, двойников и полностью переключился на Альбегамма. От этого моё тело снова ожгло огнём, но я уже успел немного пообвыкнуть и даже нашел противоядие от ударов иринитового меча. Было, конечно, больно, но не смертельно.
Между тем, этот ублюдок даже и не собирался подыхать, хотя ему и приходилось несладко. Впрочем, большого выбора у него не было, как и у меня. Если этот гад сумеет уничтожить моего тройственного призрачного воина, то я вряд ли останусь жив после этого, но даже если не откину крылья, это всего лишь отсрочит мою смерть на несколько часов, ведь тогда Хианк-Сарн непременно выберется из подземелья, причём довольно-таки быстро, ведь сил у него здорово прибудет, и легко добьёт меня. Поэтому мне нужно было уничтожить его, во что бы то ни стало и я увеличил интенсивность обстрела. Одновременно с этим мой призрачный воин, который с каждой секундой набирался боевого опыта, также ринулся в атаку и стал наносить удары уже не только белоснежным мечом, но ещё и крыльями. Такая тактика быстро возымела своё действий. От ударов крыльями, руки и торс атланта на несколько секунд вспыхивали зелёным огнём, что тому очень не понравилось. Мой враг отпрянул к стене и прижался к ней спиной. Так он терял подвижность, но зато полуметровая стальная плита защищала его сзади. Вот тут-то мне и пришла в голову одна блестящая идея, и я принялся претворять её в жизнь.
Непрерывно атакуя древнего мага-воина всеми наличными средствами, я принялся выстраивать внутри стальной плиты мощнейший магический заговор и в один прекрасный момент того охватили за торс и ноги, запечатали толстые стальные обручи. Хианк-Сарн взревел и рванулся вперёд. Сталь ужасающе заскрипела и лопнула, краснокожее чудовище вырвалось из оков, но одновременно с этим Альбегамм умудрился отрубить ему кисть левой руки и ухо, а я, выбил очередной гранатой правый нижний глаз, на месте которого образовалась чёрная дыра, в которую влез бы мой кулак. Это и было началом конца ужасного чудовища, способного причинить людям вреда во много раз больше, чем все войны вместе взятые. Почуяв свою кончину, атлант истошно завопил,
